Видишь?

– Да все мы его видим, сейчас жрать туда направимся, – расхохоталась Марина. – Зина, Тимофей такой потешный, когда выпьет, а мой Женька сразу в драку лезет.

– Коль, поднимай мужика, понесем его на себе, – распорядился Михаил.

Пересмеиваясь и повторяя: «Отдохнул так отдохнул, аж завидно», зять Марины с братом доставили Тиму в квартиру. Тот не сопротивлялся, он просто нес чушь, просил ласты, потом заявил, что спектакль в театре неинтересный.

Когда соседка и парни ушли, Зина бросилась звонить Михаилу Аркадьевичу.

Глава 30

В глазах врача промелькнула тень.

– Пришлось госпитализировать Тимофея. Острое состояние сняли быстро. А вот с «хвостом» работали не один месяц. Опять заикание, тремор рук, разные страхи. Но мы справились.

– Что на этот раз вызвало обострение? – поинтересовался я.

Бронкин издал тяжелый вздох.

– Встреча с мертвой женой. Тимофей быстро обрел способность к беседе, я задал ему тот же вопрос: «По какой причине ты разволновался?», Матвеев ответил: «Пошел к гаражу, меня окликнули, я обернулся – Света стоит, и запах ее духов! Лаванда! Прямо в мозг ударил. Это точно была она. Голос ее! Запах! Все. Дальше провал. Темнота». Очнулся он у меня в палате.

– Возможно, его кто-то в толпе толкнул, сделал незаметно укол, – предположил я, – есть ампулы с иглой. Вас вроде случайно задевают на улице, и вы получаете хорошую дозу какого-то препарата.

Михаил Аркадьевич почесал подбородок.

– Я подозреваю, что Тимофей испытал сильный стресс. Наш организм сложная система. И он в большей степени зависит от психики, чем люди думают. Ни одно потрясение не проходит даром. Если в юности вы отравились рыбой плохого качества, то потом при виде этого кушанья много лет будете испытывать тошноту. Или приобретете аллергию. Съедите кусок свежайшей семги и получите отек Квинке. А до отравления спокойно употребляли и лосось, и всю его родню с приятелями. У меня был пациент, здоровый физически человек, тот впадал в гнев при виде женщин, одетых в пиджак темно-синего цвета, говорил:

– Убить их готов!

Поскольку такая одежда распространена, мужик жил в постоянном дискомфорте. Мы с ним потратили почти год, пока установили причину возникновения такой реакции. Но он хотел докопаться до истины. А Тимофей сопротивлялся, закрывался, я не смог добиться от него откровенности, хотя и привел молодого человека в порядок. Ушел Матвеев от меня в нормальном состоянии. Я знал, что новое обострение случится, сказал Тимофею при выписке:

– Нарыв надо вскрыть. Сейчас он вроде не болит, но до конца не убран. Рано или поздно случится нечто, и опять наступит срыв. Давай поработаем вместе, вычистим все до конца.

Но он просто ушел. Жил потом спокойно, без рецидивов. И вот вам! Вчера новый виток.