Матвеев зажмурился, ощутил укус комара, а когда открыл глаза, дамочки в цветных юбках рядом не было. Лоб, щеки, нос Тимы покрывала желеобразная масса, она забилась в ноздри, попала в рот. Он пошел домой, по дороге испытывал разнообразные чувства: ненависть к матери, которая не один год врала ему, негодование в адрес отца, обиду за ложь, за спектакль с куклой…

Зина очень тяжело перенесла тот разговор. Ей стало плохо, подскочило давление, приехала «Скорая» и, после того как врачи сделали несколько уколов, уехала. Тима попросил прощения у матери, заплакал и вдруг понес чушь, кричал, что он птица, летит над городом.

Маркина кинулась к телефону, она вызвала своего друга – психиатра Михаила Бронкина. Тот привел парня в чувство, велел отвести его прямо завтра на обследование.

Ничего серьезного у Тимофея не нашли. Сердце, легкие, все внутренние органы функционировали прекрасно. Анализ крови был в норме. Единственная беда – после приступа Тима стал слегка заикаться, боялся выходить из дома, стеснялся своей речи. Потом вроде успокоился, но спустя пару месяцев стал зажигать на ночь лампу, боялся темноты. Затем стартовал энурез.

Бронкин, у которого есть сын чуть младше Тимофея, взял Матвеева к себе на лето. Три месяца Тима провел за городом в доме врача и вернулся здоровым. Звуки «д», «п» и «т» он теперь выговаривал без запинки, спокойно ложился спать. Правда, ночник у него горел, но Тимофей объяснил матери:

– Встаю ночью в туалет, в темноте могу споткнуться и упасть.

Многие совершенно здоровые психически люди спят при свете. Зинаида не встревожилась. Тима стал вести обычный образ жизни. Маркина старательно закопала в памяти историю про цыганку, которая соврала про побег ее мужа из семьи.

Правда, ей очень хотелось узнать имя отвратительной особы, понять, по какой причине та решила устроить этот спектакль. Но удовлетворить любопытство не представлялось возможным. Зина решила жить спокойно, радуясь всему хорошему, а его было в достатке. Педагог прилично зарабатывала, Тима открыл очередной магазин. Маленькая семья жила вполне счастливо, но потом внезапно случилась беда. Это произошло после того, как сын закончил оборудовать помещение, где предполагал разместить свою новую торговую точку.

Как-то раз Зине позвонила домой соседка и сказала:

– Послушай, Тима сидит во дворе.

– Ну и пусть, – ответила Маркина.

– Он босой, – уточнила женщина.

На дворе стоял декабрь. Зинаида Тимофеевна удивилась, но не встревожилась.

– Спасибо, Марина. Вчера мы купили сыну новые ботинки, Тимофей хотел рыжего цвета, а они оказались на полразмера меньше. Ты же знаешь, какие дети неразумные, даже взрослые, даже если занимаются успешным бизнесом. Мои слова, что зимнюю обувь надо брать больше на размер, парень пропустил мимо ушей. Уперся.