Девочка не хочет, чтобы я родительнице пожаловался?

Отлично! Я как раз в том настроении, чтобы высказать матери этой пацанки все, что я думаю о ее методах воспитания! Точнее, о полном отсутствии такового.

- Веди, познакомимся с ней, - сурово говорю пацанке.

- Неа, - машет хвостиками пацанка. – Ошибся, дядя, - выкручивается и пятится назад.

Хитро зыркает на меня, делает выпад вперед, дезориентируя противника в моем лице, а потом срывается с места и мчится в противоположную сторону. Совершив крюк, чтобы запутать следы, возвращается в игровую зону. Планирует «напарников» вызвать и опять меня облапошить? Я этим дьяволятам еще спорткар не простил! «Наскальный рисунок» так и красуется на алом крыле, а в автосервис заехать времени нет.

- Не в этот раз, - рычу я и зачем-то направляюсь следом за мелкой.

Надо бы развернуться и покинуть фитнес клуб. Рвануть домой, отдохнуть перед ночной тусовкой, но я все глубже лезу в кроличью нору, как чертова Алиса, только в стране детей.

- А вот и шляпник с часами, - вздыхаю обреченно, когда дорогу мне преграждает знакомый мальчишка. – Тебя как зовут? – протягиваю ему ладонь для рукопожатия.

Но он хмурится, прищуривает свои черные глаза-бусины – и умные часы на руке теребит. Той же фирмы, что я видел у Агаты, но детские. Минимум лишних функций, зато с возможностью определения местоположения ребенка. Умно. За это непутевой мамке плюсик в карму. Однако вряд ли ее он спасет, потому что с каждой секундой я раздражаюсь сильнее.

Моя рука так и зависает в воздухе, вопрос остается без ответа, а сам малец смотрит куда-то за мою спину.

- Даже не думай, во второй раз я не поведусь, - грожу ему пальцем. – Имя скажи?

Пацан молчит. Более того, губы сжимает. И буравит меня темным взглядом так, будто испепелить готов.

- Макс, - раздается позади тоненький голосок, и я, вздрогнув, оборачиваюсь. – Он не говорит с теми, кто ему не нравится.

Опускаю голову, взглядом нахожу розовое пятнышко на скамейке. Даже в шортах и футболке выглядит нежно, воздушно. Как принцесса. Наклонившись, ковыряется в шнурках своих белоснежных кроссовок, узлы какие-то морские наворачивает.

- Не нравлюсь, значит, - кошусь на Макса, а он нагло кивает. – Сам машину мне поцарапал, а я плохой? Ладно, - бросаю равнодушно, но как-то не по себе становится. Что я ему сделать-то успел?

Хмуро свожу брови и переключаю внимание девчонку.

- А тебя как зовут, принцесса? - вырывается у меня, и малявка тут же смущается. Смотрит на меня исподлобья, а потом выпрямляет спинку.

- Ксюша, - улыбается мило и ножку протягивает. Показывает на растрепанные шнурки.

Подумав, ресничками взмахивает. Такая мелочь, а уже манипулирует мною, как все женщины. И главное, что я поддаюсь.

Словно под гипнозом, мгновенно на колено перед ней опускаюсь, как никогда и не перед кем.