Мы уже попращались, поэтому я не вышла из конференц-зала, в котором удобно расположилась, только слышала шаги и захлопнувшуюся дверь.

Поведение старика меня беспокоило. Было стойкое ощущение, что меня обманули, но я не могла понять, где и в чем.

Завтра... Завтра все будет ясно. Это звучало еще более фантастически, чем заверение, что все будет хорошо.

Кирилл знал Золотаревского много лет и даже он заподозрил неладное. Утешало то, что и он не смог найти ответов. Как же старику так легко удавалось обводить всех вокруг пальца? Оставалось только надеяться, что ему так же удастся обыграть и Черных Капюшонов.

Я занималась самообразованием до вечера, как и положено. Конечно же, я могла бы поехать домой раньше шести и продолжить занятие там, но книга, за которую я взялась, оказалась довольно интересной, стул мягким, и я просидела, подперев рукой голову, несколько часов, даже не вставая.

Было уже даже немного больше восемнадцати часов, когда я вышла из своего укрытия. Леночка тоже как раз уходила. Я застала ее в дверях с ключами в руках.

Она поймала мой взгляд.

- Дуешься? - спросила Леночка.

Я пожала плечами. Дулась ли я? Нет, наверное.

Мне было очень обидно, когда я подслушала их разговор из соседней комнаты. Но и Зверь, и Кирилл были правы, никто не имеет права судить. Кроме этого, именно благодаря случившемуся, Кирилл снова вспомнил о моем существовании, а это дорого стоило.

- Не дуюсь, - ответила я. - Я знаю, что ты не со зла.

- Спасибо, - Леночка кивнула с необычной серьезностью. - Я очень испугалась, никогда Кирилла таким не видела. Он всегда такой сдержанный, а тут...

Я сурово посмотрела на нее.

- Ты опять за свое? Придет завтра Кирилл, вот ему и расскажи. Это некрасиво обсуждать за спиной.

Леночка испугано вскинула голову и прикусила язык. Я же пожелала ей добраться домой без пробок и вышла первая, оставив ее наедине со своими мыслями. Может быть, она вынесет хоть какой-то урок после сегодняшних событий.

Домой я ехала медленно, выпало много снега, и дороги еще не успели расчистить. Многие еще с утра пересели на общественный транспорт, боясь выезжать в такую погоду, но даже это не спасло город от пробок.

На дорогу ушло часа полтора. Я все еще думала о разговоре со стариком и не находила ответов.

""Ты, правда, думаешь, завтра он расскажет правду?"" - посоветовалась я со Зверем.

""Какой ему резон лгать? - отозвался тот. - Если он хотел увильнуть, то мог бы назвать какую-нибудь далекую дату, лишь бы ты отвязалась. Скажем, следующий год, месяц, ну, неделю, в конце концов. Завтра наступит слишком скоро, и ему придется давать объяснения"".

""Мне страшно"", - призналась я.

""Чего ты боишься?""

""Того, что могу узнать"".

""Ну ты даешь! - возмутился Зверь. - То терроризируешь старика целый час, допытываясь правды, то ничего не хочешь знать"".