Иван грубо сжал мои бёдра, немного приподнимая сильными руками, я по инерции ухватилась за его плечи, чтобы не упасть. Он делает рывок на себя, и его возбуждённый член буквально врезался в меня, вызывая сладкое томление внизу живота.

— Держись крепче, я собираюсь утянуть тебя в глубины порока — если тонуть в нём, то вместе. — Его голос звучал грубо, но был глубоким и безумно сексуальным, как сам грех.

Я не успела достойно ответить Малиновскому, как он словно ураган обрушился на мои губы. Этот поцелуй был ошеломляющим, его язык, словно завоеватель, вторгся в мой рот, сметая на своём пути моё слабое сопротивление.

Вкус мужчины, и то, как он умело орудовал своим языком у меня во рту, взбудоражило кровь. А когда он начал ритмично двигаться тазом, имитируя половой акт, импульсы желания прокатились по всему телу. Его член пошло тёрся о мой клитор, вызывая необузданное желание, бурлившее внутри в поисках выхода. Я словно парила на грани оргазма, казалось, ещё чуть-чуть и я вознесусь к небесам. Но он, как назло, не наступал: как я только подходила к заветной черте, Иван замедлялся, словно специально сбавлял темп, не давая мне достигнуть пика. Я задыхалась от переполнявших меня чувств, и тут он вновь резко замер. Господи, сейчас я готова была умолять, чтобы он продолжил!

— Скажи… — выдохнул мне в губы, отстраняясь и резко врезаясь вновь. — Кому ты принадлежишь? — Я вначале не поняла, чего он от меня хочет. — Произнеси всего три чёртовых слова, и я позволю тебе кончить!

Это меня отрезвило, напомнило, что я, собственно, собиралась изначально сделать. Так… что там он говорил о подлых методах?"

"Принимаю вертикальное положение, Иван хмурится, но позволяет нормально сесть.

Я окидываю его накачанный торс восхищённым взглядом и нежно касаюсь пальцами груди. Продолжая поедать его шикарное тело взглядом, медленно провожу ладонью вниз по гладким, но жёстким мышцам мужчины. Они под моими пальцами содрогнулись, когда я замерла возле спортивных брюк Малиновского.

— Продолжай… — сдавленным голосом приказывает. Я пробираюсь под резинку нижнего белья и касаюсь пальцем разгорячённой плоти мужчины. — Смелей, котёнок… — с шипящими нотками в голосе вновь приказывает.

— Так? — обхватываю его возбуждённый орган руками, делаю первое движение вниз-вверх и замираю.

Мне стыдно за своё поведение, и в то же время меня эта ситуация невероятно заводит. Я даже представить не могла в своих смелых мечтах, насколько приятно будет ощущать его богатыря своих руках. Иван резко подался вперёд, зажимая мои волосы в кулак и пригвоздив меня горящим похотью взглядом к месту, не скрывая злости выдаёт:

— Опасную игру затеяла, котёнок: распалить мужика и бросить — не самая умная затея. Особенно такого, как я. Глупо, детка, очень глупо….