Спрашивать, не спрашивать? Давить, не давить? Ладно, подождём пока. В конце концов, вреда для себя не вижу, наоборот – все сюда тянет мужик. И техников, и инженеров, и гражданских немеряно. Не забыть бы глянуть список, кто там есть кто.

– Я так понимаю, всех выживших инженеров расхватали?

– Почти всех, как видишь, – подтвердил Беркутов.

– А эти? – не мог не спросить я.

– Ну… – замялся он. – Просто по статистике кто-то из инженеров должен был включить гордость и гонор, заявив, что служит только Дориным. Вот они и оказались теми самыми. Да только… – все пытался подобрать он слова, – за десять лет жизни впроголодь, знаешь ли, любая гордость будет подточена.

А их отказы вначале аристократы не забыли. Эти типы вообще обиды с трудом забывают.

И правильно делают, как по мне.

– Что ж, давай закончим с этим, а то чувствую себя как в магазине да без денег – все хочется, а купить не могу. С личным составом ты закончил?

– Ммм… почти, – и замолчал. – Тут такое дело… видишь ли… в общем, – собрался с духом Беркутов, – вместе со мной приехал боец ранга «мастер», и он хочет обговорить с тобой условия работы, а в перспективе и вступление в твой род, – выпалил он на одном дыхании.

Ну ни хрена ж себе!

– И? Откуда столько сомнений? – спросил я, опасаясь какого-нибудь облома, как оно в жизни и бывает. Не, ну серьёзно, такие подарки – да без подвоха? – Вроде хорошая же новость.

– С одной стороны, – почесал он себе макушку. – А с другой, этот тип ушёл из другого рода для этого.

Оу! Променять службу роду на родине ради неявных перспектив в Японии? И как он, черт возьми, умудрился уйти? Плюнул на присягу и клятвы?

– Заинтриговал, – качнул я головой, улыбнувшись.

 – Рассказывай, что там да как.

И поелозил в кресле, принимая такой вид, чтобы всем желающим было сразу видно, что мне в общем-то плевать, будет ли у меня «мастер» или нет.

– Щукин Антон Геннадьевич, – заговорил Беркутов и был тут же прерван.

– Щукин?! – было заметно, что Святов действительно сильно удивлён. – Но он же погиб при Байкале.

– Шестьдесят пять лет, холост, детей не имеет, – покосившись на Сергеича, продолжил Беркутов. И немного помолчав, дополнил: – Точнее вдовец. Сын и два внука погибли на войне. На том самом Байкале.

– А как же…

– Сергеич, – поморщился я, – дай человеку договорить. Успеешь вопросы задать.

На что Жень-Жень просто кивнул и продолжил:

– Как я уже сказал, «мастер», использует стихию огня. Человек он в целом добродушный, но заскоки бывают. Характер у него вообще… своеобразный, приверженец золотой середины, если так можно выразиться. У врагов ищет достойные черты, у друзей наоборот. Считает, что вдаваться в крайности нельзя. Несмотря на возраст, человек он…

– С шилом в заднице, – вставил Святов.