В твоем мире, в твоем подсознании, куда ты его так надежно запрятала… А еще я видел блеск радости в твоих глазах всякий раз, когда приносили букет с запахом тех духов… Я знаю, что это были цветы от него… Его духи, специально изготовленные для тебя… Я интересовался у парфюмера. Он сказал, они сделаны на заказ… Это было его внимание тебе, постоянное, незримое внимание к твоей деятельности, твоему творчеству, твоей жизни… И тебя оно радовало. Я видел это…"

"Но знаешь, я ему даже благодарен. Не будь его в твоей жизни, не было бы и меня… Ты не предназначалась мне по судьбе, но я выцарапал тебя у нее, у него, у всего мира… А еще я знаю, что в часы нашей близости, когда мы любили друг друга – страстно, жестко, быстро, медленно, нежно… ты всегда была только со мной… Ты всегда была только моей… Я всегда это чувствовал и всегда упивался этим ощущением единоличного присутствия в твоей голове в эти минуты… Может поэтому до самого конца в нашей жизни было так много секса и он никогда не утратил своей остроты…

Мне больно лишь от одной мысли… Что у нас больше не было детей, что Микаэл стал единственным, любимым сыном, может и не родным по крови, но моим по духу и по размеру той любви, которую я испытал к нему сразу, как только взял в свои руки крошечный новорожденный комок… Я знаю, что ты искренне хотела от меня детей… Искренне… Не вини себя и в этом… У нас бы не получилось все равно… Когда – то Он сказал мне, что ты никогда и ни от кого не забеременеешь, кроме него… И хотя я всегда смеялся судьбе в лицо, в эти его слова я почему – то сразу поверил… Так или иначе, спасибо тебе за нашего сына.

Микаэл – моя гордость. И если ты когда – нибудь решишь открыть ему правду, сделай так, чтобы он не забывал обо мне. Это моя единственная просьба к тебе, асфура…

А еще я должен признаться тебе… Я не был святым… У меня есть сын. Я назвал его Анвар. Мальчику четыре года. Он был зачат случайно, наша связь с его матерью была ошибкой, ничего не значившим эпизодом в одной из моих заездов на Кипр без тебя… Ее зовут Марина, и ты ее никогда не видела, потому что она ничто для меня не значит и не значила никогда, одна из приходящих помощниц, которым не было числа.

И в тот день, когда она мне сообщила, что беременна, я выгнал ее из кабинета, а потом напился и кричал, скулил, стонал от беспомощности и злости… Что с тобой мне не хватило и жизни, чтобы сделать ребенка, а с ней, ненужной, никакой, той, которую я даже не вспомнил бы на следующий день, хватило пятнадцати минут случайного секса. Это и было его проклятие… Мальчик тоже получит часть моего состояния. Не захочешь- он вас никогда не потревожит. Но мне было бы приятно, если бы они общались с Микаэлом.