Ловко подкралась к нему в спальню, когда он пошел в душ, как только вернулся с работы. Наверное, весь день дежурила у окна… В другой ситуации его бы это даже повеселило, но не сейчас, когда мысли о Владе стали маниакальными, когда месяцами подавляемое желание било по нервам и мужскому достоинству наковальней… Он был зол и голоден. Гремучая смесь…

Постучала к нему, смотрит призывно, нагло… Когда-то этот взгляд его цеплял… Когда ему еще это было интересно как неопытному юнцу, когда она была помоложе и посвежее.

А сейчас хочется вышвырнуть ее за крашеные волосы вон, но он сдерживается, ради веселья, а может и для того, чтобы задеть Владу. Даже не стал утруждаться и надевать халат. Стоит в полотенце, надменный и упивающийся ее жалкими иллюзиями и надеждами..

Он не ошибся. Понадобилось всего минут пять, чтобы Ранья по-коровьи распласталась у него под ногами, сорвала зубами полотенце и попыталась его трахнуть. Именно так… Понимала, сука, что сам он не горит желанием разводить ей ноги.

А этот отчаянный шаг- сделать ему минет- возможно бы и проканал. Он бы даже мог жестко отыметь ее в рот, закрыв глаза и думая о другой, желанной, или смотря на нее вниз с балкона, он ведь учуял ее там, у дерева в саду, почти сразу, как только появилась, именно учуял, как зверь свою самку… Но Влада не стала принимать его игру. Поспешно ретировалась, увидев их вместе с лживой дешевкой. До смешного жалкая ситуация… Сидит там у себя в комнате, наверное, Бог себе что сейчас придумывает, ревнует, изнемогает, а он рычит от желания съесть ее, клеймить, вбиваться в ее тело, целовать каждый сантиметр ее кожи…

Резко оттолкнул раскрывшую было свой рот Ранью.

–Пошла вон, дура… Не унижай себя и не нервируй меня…

Истерично смеется, группируясь на полу…

–Почему, Васель? Разве не любил меня тогда? Сильно изменилась? Все говорят, что не очень,– бросает на него зазывные отчаянные взгляды своими утопающими в припухлостях от наколотых филлеров глазенками,– ты ведь взял тогда вину на себя потому что любил… Да?"

"–Дура ты, Раннуш.

Всегда была наглой, развратной дурой. И пустышкой. Больше ничем. Пошла отсюда вон. Тоз фик (здесь.– плевать на тебя).

–Это из-за нее, да? С ней трахаешься? Я сразу поняла, что вся эта болтовня про новую книгу – вранье… Просто решили пое…ться, как моего братика сгубили?– кричит истеричным голосом, трясется.

Вот и твое истинное лицо, Раннуш.

–Пошла вон, сказал. -Открыл дверь нараспашку.