Мужчина сглотнул и поморщился.

Как он моментами ненавидел это тупое упрямство жены… До судорог. Мышь белая! Но с принципами. Родители изначально не хотели, чтобы он на ней женился. С самого начала Захар только и слышал:

- Она просто прикидывается, что ей ничего не нужно. Тихоня ушлая. Забеременела и женила тебя на себе, только ради денег. Вот увидишь, она разведется с тобой и обдерет как липку.

Сейчас они разводятся.

И все немного не так. Как-то совсем не так! Это злило, выбивало из колеи. Просто слишком откровенно демонстрировало все как есть.

Он вдруг вспомнил одно фото. На том снимке лев и овца лежали в обнимку. Именно на это был похож его брак с Натальей. Но всем известно, что лев рано или поздно сожрет овцу. Или он не лев.

И да, лев сожрал овцу. Потому что это закономерно, сколько можно сдерживать свою природу? А тот яд, что сейчас разливается в его душе - это вовсе не чувство вины. Это просто привычка о ней заботиться.

Ведь он о ней заботился. Старался соответствовать ее идиотским принципам. Но он давно перерос и перешагнул все это. Он на недосягаемо высоком уровне, и ему нужна совсем другая женщина.

Поэтому все правильно.

Нужно ускорить события, с утра дать команду адвокатам, чтобы начали готовить развод. Когда мысли пришли в порядок, он завел двигатель и уехал.

***

На следующий день с утра Наталья поехала на работу.

Три дня, что она брала без содержания, закончились, она собиралась взять еще две недели за свой счет.

В отдел кадров Наталья зашла в первую очередь. Увидев ее, кадровица Виктория Львовна тут же встрепенулась.

- Здравствуйте, Наталья Николаевна! Ну, рассказывайте, как прошел ваш банкет?

Наталья ответила на приветствие и сдержанно улыбнулась:

- Спасибо, все прошло хорошо. Почти без накладок.

Кроме одной. Она застала мужа с любовницей, и теперь они разводятся. А в остальном – организация, качество блюд, обслуживание, все было хорошо.

- Ох, - мечтательно вздохнула пожилая женщина, подвинув папочку на край старенького канцелярского стола. – Так иногда хочется хорошего праздника. Чтобы был отменный стол с деликатесами, и чтобы потанцевать было с кем. А потом и роман закрутить можно…

- Да, - кивнула Ната. – Праздника хочется. Но ведь у нас будут посиделки на день атомщика и на Новый год.

- Ладно вам, Наталья Николаевна, какие там посиделки? Кто на них придет, три калеки? Сторож да вахтер?

Наталья прикрыла лицо рукой, пряча усмешку. Обе должности совмещал один дедушка-пенсионер. Но с танцами никак. Он, конечно, был еще бравый, всего семьдесят семь лет, но хромал так, что его за глаза называли «рубль двадцать».

Ей вдруг подумалось, что это прозвище осталось от той прошлой жизни, которой уж нет. Теперь так не говорят, современное поколение просто юмора не поймет.