— Райдер приветствовал кузена, который появился из той же комнаты вслед за женой. Они пожали друг другу руки.

— Рад видеть тебя живым и здоровым. Или это еще под вопросом? Дуглас все еще наступает тебе на горло, или ты уже убедил его, что ему же будет лучше от того, что ты преподнес ему?

— Послушай, Райдер, я…

— Нет, Тони, Холлис не выдал мне никаких ваших секретов, именно поэтому я и приехал сюда, чтобы увидеть все своими глазами. Чертовски рад тебя видеть, Тони.

— А я — Мелисанда.

— Да, я знаю. Очень приятно.

— Но что я вижу? — Райдер снова повернулся к кузену. — У тебя, кажется, распухла губа, Тони? А под левым глазом, это что, синяк? Значит, твой номер все-таки не прошел.

Надеюсь, ты получил, как того заслуживаешь.

— А я — жена Тони.

— Да, я знаю. Очень приятно.

— Ну а ты? — не отставал от Тони Райдер.

— Что я?

— Ну ты-то наставил ему синяков?

— Я дал ему несколько раз, но недостаточно. На меня набросилась его жена.

— А я — Мелисанда. Я набросилась на Дугласа.

Райдер прекрасно понимал, что это дивное существо сбито с толку, и забавлялся этим. Да, Тони просто атлант, если способен управляться с ней.

Наверно, нелегко контролировать такое красиво упакованное тщеславие, которое называлось его женой. Но если он справляется с этим, то держать небо на своих плечах для него должно быть просто безделкой. Слава Богу, что это не его забота.

— Пойдем, Тони, я хочу услышать от тебя все подробности. Дуглас здесь? — — Нет, по-моему, они с Алике поехали кататься.

— С Алике?

— С Александрой.

— А я — Мелисанда, сестра Александры.

— Да, я знаю. Очень приятно познакомиться, мадам. Ну, пошли, Тони.

Они ушли, а Мелисанда осталась стоять в большом холле, недоуменно глядя на них.

Похоже, у ее свояченника не все в порядке с головой. Холлис, наблюдавший всю сцену, решил наконец обратить на себя внимание.

— Могу я чем-нибудь быть вам полезен, миледи?

— Нет, — ответила Мелисанда упавшим голосом, все еще не придя в себя после пережитого шока, — мне нужно подняться наверх и посмотреть, в чем же дело.

Холлис улыбался, глядя на ее удаляющуюся фигуру, не сомневаясь, что зеркало поможет ей восстановить хорошее настроение.

Но пять минут спустя ему было уже не до улыбок. Граф с женой вернулись с прогулки, и Холлис ужаснулся.

Лица их были угрюмы. Рваная пыльная одежда наводила на мысль, что их протащили по какой-то грязной канаве.

— Боже мой! Милорд! Силы небесные! Миледи, с вами все…

— Нет, не волнуйся, Холлис, — сказал Дуглас и обернулся к Александре; — Поднимитесь к себе и приведите себя в порядок.

Его замечание возмутило Алике. Сам он выглядит ничем не лучше, да и не ее вина, что ока оказалась в таком виде. Молча проглотив обиду, она пошла к себе в комнату.

Дуглас решил как-то объяснить Холлису происшедшее.