Джеред нехотя протянул поводья одному из конюхов и, выбежав с ринга, помчался к дому, чтобы приступить к школьным занятиям. Риса он не заметил, пока едва не налетел на него. Мальчик резко остановился, и улыбка мгновенно сползла с его губ.

Рис заставил себя улыбнуться, теряясь в догадках, что может означать подобная сдержанность, чем вызвана непонятная настороженность ребенка.

— У тебя сегодня замечательные успехи на ринге.

Джеред ничего не сказал, а только продолжал на него смотреть. Рис видел на его лице растерянность и смесь тревоги и страха.

— В чем дело, сын? — спросил он, опускаясь перед мальчиком на колени и чувствуя, как его охватывает тревога.

Джеред бросил быстрый взгляд в сторону дома, затем посмотрел на Риса, как будто хотел сказать нечто важное, но не знал, как начать.

Давай выкладывай.

— Ты сердишься на мою маму.

Это признание поразило Риса, хотя он должен был ожидать чего-то подобного. Мальчик любил мать и наверняка заметил возникшее между ними отчуждение.

— Мы поссорились. Такое иногда происходит в семьях.

Джеред вскинул подбородок, и Рис заметил, что его руки непроизвольно сжались в кулачки.

— Я не позволю тебе обижать ее.

У Риса от волнения перехватило дыхание. Он сожалел о том, что произошло, и тосковал о том, чего не могло быть.

— Я никогда не обижу ни тебя, ни твою маму. Что бы вы ни сделали.

— С ней… такое уже случалось. Раньше.

— Ты имеешь в виду… до вашего приезда сюда? — Рис тщательно подбирал слова.

Джеред кивнул, но задиристую позу сохранил.

— Я видел это. Видел, как он ее бил. И это было не раз.

— Олдридж?"

"Снова медленный кивок головой. Рис коснулся щеки мальчика.

— Я никогда не ударю ее. Даю тебе слово.

Темные глаза Джереда наполнились слезами. Рис наклонился, он хотел взять его на руки, прижать к себе, чтобы придать мальчику уверенности в себе, которой ему не хватало. Но по его выражению Рис понял, что Джеред хочет что-то добавить. Он затаил дыхание, молчанием понуждая мальчика продолжать.

Джеред поднял на него взгляд, и его нижняя губа задрожала.

— Я должен был помочь ей. Должен был остановить его… но не сделал этого. Я боялся, что он и меня ударит.

У Риса сжалось сердце.

— Ты всего лишь маленький мальчик. Ты не мог его остановить. Ты ничего не мог сделать.

У Джереда по щекам потекли слезы, и он сердито стер их.

— Я никому не позволю снова обижать ее.

Рис не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. Грудь болела так, будто его ударили. Схватив ребенка в охапку, он прижал его к себе.

— Я защищу твою маму и защищу тебя. Вы оба будете в безопасности. Тебе нечего больше бояться.

Джеред обнял его ручонками за шею и зарылся лицом в его плечо. У Риса защипало в глазах, а в горле застрял ком. В следующий миг мальчик разрыдался по-настоящему.