— Он не может обернуться волкодлаком. Этот дар давно утерян. Тому виной все та же Амброзия. У нее, видишь ли, есть побочные действия, о которых мы узнали слишком поздно. К тому времени, как мы разобрались, все уже настолько привыкли к напитку, что было проще закрыть глаза на его недостатки, чем что-то менять. Девочки, рожденные от союза, где присутствовала Амброзия, были бесплодны, а мальчики теряли способность оборачиваться. Так это и произошло — мы лишились своего дара и своих женщин.

— Но если все настолько ужасно, зачем вообще было создавать Амброзию? — поразилась я.

— Она была нам нужна и очень. Все дело в истинных парах.

Я ловила каждое слово авгура. То, о чем она рассказывала, я читала лишь в сказках. Но не верить ей не было причин. В конце концов, ведьма-хранительница Долины тоже упоминалась в легендах, но это не помешало мне ее призвать."

"— Способность к смене личины была только у мужчин, поэтому истинную пару находили лишь они, — продолжила рассказ авгур. — На практике это означало, что мужчина встречал свою истинную пару, влюблялся в нее без памяти, а вот девушка не всегда отвечала ему взаимностью. Но, как известно, оборотень не может жить без своей пары. Такое несовпадение порождало множество конфликтов. Схватки с соперниками, убийства и даже самоубийства — наша цивилизация познала весь кошмар неразделенной любви. Нам грозило вымирание, надо было что-то менять.

— Так себе картинка, — передернула я плечами.

— То были темные времена, чего скрывать. Мы мечтали найти решение. Как-то облегчить ситуацию.

— И вы придумали любовный напиток, — кивнула я. — Вот зачем он был нужен — чтобы девушки не отказывали мужчинам и истинные пары складывались к всеобщему удовольствию.

— Мы надеялись осчастливить всех. Оборотень ведь не виноват, что выбрал именно эту девушку. Так велит ему природа, он не в состоянии пойти против нее. И, надо сказать, какое-то время все шло хорошо. Уровень агрессии и смертности свелся почти к нулю, а потом мы поняли, какую ошибку совершили, но было уже поздно.

— Вы все время говорите о себе во множественном числе. Вам кто-то помогал?

— Да, над Амброзией работала группа магов. Я лишь один из ее участников. Но в живых осталась только я. Мне не дают умереть, чтобы я готовила Амброзию снова и снова. В Цитадели целая плантация асфоделя — цветка, из которого ее делают.

— Но истинных пар давно нет, раз утеряна способность менять обличье, — сказала я. — Значит, от Амброзии можно отказаться.

— Зато есть другие страны, которые необходимо завоевать, и чужие женщины, которых надо покорять. Для Амброзии всегда найдется применение. С ней легионеры ощутили вкус власти. Отказаться от такого добровольно… кто на это пойдет?

Я вздохнула. Вопрос, конечно, риторический.