Но, надо заметить, вы отлично справляетесь с обузданием явного выражения своих чувств.
Орловский рассмеялся, понимая, что девочка-то права – разочарование, которое он испытывал в этот момент, как от отобранной мальчуковой игрушки, имело место, тут уж не поспоришь, как и с тем, что он старался с этой эмоцией совладать.
– Ну что вы грузитесь, Павел Андреевич, – рассмеялась звонко Ева, внимательно следившая за выражением лица мужчины, и протянула ему тяжелую связку ключей: – Вот, держите. Тут все, которые относятся к мастерской, в том числе и от сейфа, бог знает, что там дед с папой складировали.
– Нет-нет, пойдем вместе, – возразил Павел и посмеялся над собой: – Вы правы, Ева, не могу удержаться, когда вижу классный инструмент, западаю, как пацаненок на пистолетик, который щелкает курком. Пока не осмотрю и не испытаю, все остальное не волнует.
– Понимаю, – кивнула Ева и двинулась по дорожке к дому, видному в стылой, слякотной темноте только благодаря двум горевшим фонарям: одному на веранде, а второму на углу дома.
– Это какие же? – живо полюбопытствовал Орловский.
– Секрет, – усмехнулась Ева.
Они поднялись по ступенькам, прошли через веранду и зашли в дом.
– Ну что, Павел Андреевич, спокойной ночи, – пожелала ему Ева и спросила: – Свет выключите на веранде и на участке?
– Да, конечно. Идите отдыхать, Ева, я все закрою, проверю и выключу, – пообещал Павел.
– Спасибо, – искренне поблагодарила Ева и призналась: – А то я на самом деле что-то совсем рублюсь. Накатило неожиданно. – И, уже поднявшись было на две ступеньки по лестнице, ведущей на второй этаж, вдруг остановилась и повернулась к мужчине, вспомнила, о чем хотела сказать: – А, да, Павел Андреевич, солянка была потрясающая.
– Вы уже благодарили, – напомнил Орловский, – но все равно: пожалуйста, – и произнес ответную благодарность, подняв руку и демонстративно позвенев ключами: – А вам огромная благодарность за мастерскую. Это подарок из шикарных.


















Комментарии
Добавить комментарий