Лесополосу засадить?

— Аллеи хотим сделать прогулочные. Ну можно, а?

— Да ради бога! Давай где подписать.

Пока я торопливо подсовываю бумаги, Любовь Николаевна успевает чмокнуть Ромку в ручку, а Ярика в лоб.

Как выяснилось, не все в окрестностях ненавидели Адама. На похоронах было столько народу, что Светлана распереживалась, мол, не всем хватит места на поминках.

Мне в тот момент было глубоко плевать. Ни на кого не смотрела, ничего не видела. Пелена была перед глазами и нестерпимая непроходящая боль в груди. Запомнила только, что папа с тетушками что-то от меня хотели, какими-то вопросами сыпали, и ведь я что-то отвечала им. На Библии вам клянусь: в памяти не отложилось ни единого слова.

Тогда многие от меня что-то хотели. У местных жизнь довольно скучная, а бандитские похороны, еще и смерть от пули, — разве не повод нарядиться и в свет выйти?

Не знаю, что на мне было надето, умывалась ли я в тот день вообще и ела ли в ту неделю хоть что-то. Тошнило сильно, может, от стресса, а может, токсикоз накатывал.

Вернувшись в отель, я набрала ванну и легла в нее прямо в одежде. Не нашла сил снять с себя хоть что-то. Было страшно холодно и смертельно одиноко. Кира лежала рядом на подстилке и, как мне казалось, по-собачьи плакала.

Теплая вода грела, и я представляла, что это Адам. Вспоминала, как мы целовались, как он улыбался, какие неуклюжие дарил комплименты. В шкафчике комода уже хранились положительные тесты на беременность. Надя накануне похорон притащила транквилизаторы, перед приемом я на всякий случай сделала тест, просто чтобы исключить вероятность. Завалялась пачка еще с первой беременности.

Две полоски показались мгновенно, не так, как в прошлый раз. Таблетки полетели в мусорное ведро.

Я лежала в ванне и ждала Адама. Ждала, как зайдет, скажет, что это все была уловка, что на самом деле он неубиваемый. Хитрый план. Очередная схема. Я бы тогда сказала, что люблю его. Что безумно скучаю.

Я так по тебе скучаю, хороший мой.

Боже, я изо всех сил старалась не плакать, но иногда оно само выходило."

"Я его долго еще ждала. День за днем, месяц за месяцем. А он не приходил даже во сне. В тот момент, когда я почувствовала шевеления наших мальчиков (спорю, это был Рома, Ярик, вероятно, спал), я впервые улыбнулась.

Любовь Николаевна, глава района, нашла меня сама, спросила, нужна ли помощь. Сначала я подумала, что она хочет посмеяться, как все эти жестокие люди, упивающиеся расправой над Алтаем. Или поиметь с меня что-то, пока я в прострации.

Но Любовь Николаевна точно знала, кто в этой убогой станице открыл магазин, аптеку и пункт неотложной помощи. Кто на свои средства проложил дорогу, и благодаря кому появились богатые туристы и первые деньги.