Северный замок, конечно, далек от нормальности, но вряд ли здесь принято выходить в окно.

И снова потянулись скучные коридоры и брошенные комнаты. Первой по-настоящему интересной находкой оказалась картинная галерея.

Как в любой приличной королевской семье, у правителей Северного замка была своя галерея с портретами. Начиналось все с далеких предков, основавших когда-то Северное королевство и дальше до наших времен.

Это был длинный прямой коридор с портретами на стенах. Я шла вдоль них и крутила головой. Ближе к концу добралась и до Тьера.

Я остановилась перед общим портретом его семьи. Король с королевой сидели в креслах. Сбоку от матери стоял Тьер-подросток, а на руках у королевы сидел годовалый малыш – видимо, Джем.

Хорошая была семья. Когда люди счастливы вместе, это сразу видно. По тому, как соединялись руки короля и королевы, по беззубой улыбке малыша Джема, по ласковому взгляду королевы и даже хмурому Тьеру. Видимо, он всегда такой. Грустно, что эту дружную семью постигла такая печальная участь.

Я шагнула к следующему портрету. Едва взглянув на него, ощутила боль в затылке. В том самом месте, которым приложилась о каменный постамент. Пока боль была еще слабой, всего лишь отголоском той, что накрыла меня в склепе, но сам факт ее возникновения настораживал. До сих пор я ощущала ее только в склепе при попытке вспомнить, как попала в Северный замок.

Превозмогая боль, я присмотрелась к портрету. На нем была изображена девушка-подросток. Длинные светлые волосы завивались красивыми кудрями и обрамляли благородное лицо. В ее осанке, в легкой улыбке на губах, в том, как она сложила руки и повернула голову – во всем чувствовалось королевское происхождение. Девушка явно была не из простых. Впрочем, портрет обычного человека в королевской галерее не повесят.

– Где я могла ее видеть? – пробормотала я, до рези в глазах вглядываясь в изображение.

Девушка на портрете казалась до боли знакомой. До головной боли, если быть точной. Чем больше я на нее смотрела, тем хуже мне становилось. В итоге я не могла толком разглядеть изображение, так как перед глазами все двоилось и расплывалось.

На мою удачу Амфи не мучился ничем подобным. У пернатого со здоровьем был полный порядок. Именно он и просветил меня насчет девушки.

– Она похожа на каменную деву, – заявил Амфи.

– Да ладно? – поразилась я.

– Ага, – кивнул Амфи. – Ее лицо напоминает лицо из камня.

Я прислонилась к стене и закрыла глаза. Если не смотреть на портрет, боль сразу отступает, и можно подумать. Неужели я нашла прототип каменной девы? В таком случае интересно узнать, кто она такая. Возможно, это прольет свет на проклятие.

Все портреты были подписаны. Наверняка и на этом указано имя того, кто на нем изображен.