И так до тех пор, пока бы не заблудилась и не замерзла насмерть. Но мне повезло – меня остановили.

На первом же повороте я со всего маха врезалась во что-то твердое и горячее. От удара в голове загудело, и я едва не свалилась на пол. Благо кто-то поддержал меня за руку.

Придя в себя, я поняла, что препятствие на моем пути было живое – Тьер собственной персоной. Что он делает ночью в коридоре? Вряд ли вышел подышать свежим воздухом. Да он же меня стережет!

– Далеко собралась? – спросил Тьер, подтверждая мою догадку.

В другой момент я бы непременно возмутилась его поведением. Еще не хватало быть узницей в замке. Но сейчас мне было сильно не до того. Часть моих мыслей все еще занимал подкроватный жилец, и я нервно озиралась. А вторая часть начинала волноваться по поводу отсутствия обуви на ногах. Пол же ледяной! Я словно вышла на лед босой.

Все эти причины плюс одышка от быстрого бега не позволили мне нормально говорить. Я могла лишь махать рукой в сторону своей спальни и повторять:

– Там… там…

Тьер разглядел выражение моего лица и встревожился. Наверняка у меня был по-настоящему безумный вид.

Он осмотрел меня и нахмурился. Дошло до него, наконец, что я в таком виде далеко не уйду. Его взгляд остановился на мох босых ногах, и Тьер тяжело вздохнул. Затем, что-то ворча себе под нос, он разулся и подвинул ко мне свои сапоги.

– Надевай, – приказал он.

– А ты?

– Не замерзну, не переживай. Я вырос в местном климате.

Он в самом деле стоял на стылом полу так, словно холод его совсем не беспокоил. Даже пальцы на ногах не поджимал. Я вспомнила, какое тепло ощущала от его тела, когда он нес меня на руках. Похоже, Тьер греет себя сам, да так что ему никакой мороз не страшен.

Успокоившись на его счет (не хотела бы я стать причиной чужого воспаления легких), я с благодарностью погрузила ноги в сапоги. Да, именно погрузила. Обуванием это не назвать.

Сапоги были велики мне на кучу размеров, широки в голенищах и длинной оказались выше колен. Но они были теплые! А большего и не требовалось. Ноги мгновенно согрелись, и я разомлела. Даже образ монстра из-под кровати поблек.

Но я забыла о втором чудовище – передо мной. Тьер, убедившись, что мне больше не грозит опасность, снова вернулся к своей насмешливой манере. Он буквально ощупал меня взглядом. Что не удивительно, на мне была лишь ночная сорочка. Теплая с высоким воротом, но – о, ужас! – довольно прозрачная. И это не укрылось от внимательного мужского взора.

– Похоже, видеть тебя в пикантном наряде становится доброй традицией, – усмехнулся Тьер. – Еще немного – и я решу, что ты так одеваешься специально для меня.

– Ты еще скажи, что я выбежала ночью в коридор ради встречи с тобой, – буркнула я.

Амфи, который все это время сидел у меня на руках, тоже возмутился.