- Я поговорю с дочерью, - вспыхивает мадам.

- Говорите, конечно. Но если я ещё раз увижу печаль на её лице после вашего разговора, у меня очень сильно испортится настроение и пропадет желание относится к вам по-доброму, Ксения Борисовна.

Я поднимаюсь, она тут же буквально выпрыгивает из кресла. Иду на выход, и слышу торопливые шаги позади.

- Адам... Послушайте меня, если у вас с Ярославой действительно любовь и взаимопонимание, то я только рада!

- Ммм... Правда?...

Выхожу в холл и направляюсь к широкой лестнице.

- Если вам важно, я дам опровержение своим словам и публично извинюсь перед Литовскими.

- Мне не важно.

- Я ведь действительно думала, что это было покушение! - шепчет, поднимаясь за мной по ступеням, - Мне заморочили голову! Сказали, что у машины не было тормозного пути... Откуда мне было знать, в чём причина?! Я ведь не разбираюсь в этом!

- У вас на руках было заключение о смерти.

- Меня ввели в заблуждение!

- Где комната Яры?

Показав рукой, она ведёт меня в левое крыло дома.

- Я вовсе не хочу портить с вами отношения! Ясенька единственный мой ребенок, и я бы очень хотела нянчить внуков!

- Только в моём присутствии.

- Я согласна! Хорошо!... Только не лишайте меня последних средств к существованию!

Толкаю белую дверь и оказываюсь в девчачьей спальне. Яра и, очевидно, домработница, пакуют чемоданы. Заметив нас, она застывает, мечется взглядом между мной и своей матерью и, наконец, улыбается.

- Вы поговорили уже?

- Да, дочка, - ласково отвечает её мамаша, - Поговорили и обсудили некоторые нюансы.

Яра смотрит только на меня, потому что теперь из нас двоих только мне доверяет. За рёбрами трещать начинает. Усмехнувшись, подмигиваю.

От облегчения и счастья на её лице едва чердак не проламывает.

Глава 58

Ярослава

Наши тела разгоряченные и мокрые. Скользят друг о друга, пока муж ритмично вбивается в меня.

- Я не могу больше, Адам!... Я не могу-у-у...

Подушечка его большого пальца давит на мои губы так, словно стирает с них помаду. Следом поцелуй, глубокий и пошлый. Мой рот наполняется его слюной, которую я послушно глотаю.

Мне невыносимо сложно и хорошо одновременно. Сложно, потому что подкатывает четвёртый за ночь оргазм и хорошо по той же причине.

Толчки становятся чаще и жёстче. Я хватаю разряженный воздух и снова чувствую его пальцы на своих губам.

- Высунь язык...

Делаю, как просит, он, склонившись, облизывает его своим и мягко давит на него двумя подушечками.

- Возьми в рот.

Обхватываю губами и всасываю, лаская кончиком языка.

- Блядь... Яра...

Всё. Я на краю обрыва. Тёплый ветер качает меня из стороны в сторону, и очередной жаркий порыв скидывает в сладкую густую пропасть.

Лечу. Разбиваюсь на миллиард мельчайших осколков и тут же перестаю существовать - проваливаюсь в глубокий безмятежный сон.