Но их прервал Дмитрий, который сидел на берегу, держась за правое плечо:

— Нормально все. Крутанул руль, чтобы гидроцикл заложил вираж, не рассчитал силу и приложился плечом. Вывихнул. У меня хроническая нестабильность сустава из-за травмы на футболе. Фиксатор на месяц, а дальше разберемся.

— Могу я посмотреть? — спросил Георг, присев на корточки перед Дмитрием.

— Ты врач? — удивился тот.

— Нетрадиционной медицины, — на полном серьезе ответил Георг, и пока Коростелев недоуменно замолчал, аккуратно взял его за руку.

Я попросила народ отойти подальше, призывая не мешать.

К нам протиснулась Вика, ее глаза тут же наполнились слезами, из горла вырвались пока еще тихие рыдания. Я схватила ее за плечи и, легонько встряхнув, твердо сказала:

— Не лезь! Георгий знает, что делает.

От шока, что я с ней так разговариваю, она выпучила глаза и мелко закивала. Я повернулась назад к Георгу и Дмитрию. Вика же вцепилась в мою руку, наверное, останутся синяки. Она явно искренне любила своего жениха, такое не сыграешь. От этого умозаключения неожиданно стало тепло на сердце.

В этот момент Георг, держащий левой рукой ладонь Дмитрия, положил правую ему на плечо.

Коростелев еле слышно зашипел:

— Горячо и больно.

— Терпи.

И Георг без предупреждения резко развернул руку Дмитрия. Тот коротко вскрикнул и с удивлением посмотрел на мага.

— Не болит. Что ты сделал?

— Вправил. Теперь не будет выскакивать. Можешь давать полную нагрузку, — ответил Георг и встал."

"Когда он поднимался, его чуть повело в сторону. Наверное, окружающим показалось, что он поскользнулся, но я сразу поняла, что он потерял много сил. Что за человек! Вика уже сидела возле Дмитрия, заливая его слезами.

Я подошла к Георгу и обняла его, заглядывая в глаза:

— Поедем домой?

— Да, дорогая.

Вот так — в обнимку, будто влюбленная пара, мы направились назад к шатру. Лишь я знала, как тяжело наваливался на меня Георг. Лишь я понимала, что мелкие бисеринки пота на его висках не от жары, а от слабости.

В шатре никого не было. Я с облегчением выдохнула и усадила Георга за столик.

— Поешь и поедем. — Скомандовала я и бросилась накладывать ему закуски с фуршетной зоны.

Пока он ел, я ему тихо выговаривала, какой он дурак. Ну походил бы Коростелев с фиксатором, ничего страшного.

У него денег вал, подлечили бы вмиг. Да у него даже своя огромная клиника есть. Стоило ли рисковать собой?

— Мила, я понимаю, что ты волнуешься за меня. Но Дмитрий хороший человек, я не мог ему не помочь. Понимаешь? Я чувствую такое без магии, это как … как встроенный маячок, — усталым голосом сказал Георг, с усилием запихивая в рот тарталетку.

— А что это вы тут делаете? Жрете на халяву? — раздался ехидный голос.

Сергей Перов собственной ядовитой персоной объявился на нашу голову.