Глава 20

Вы замечали, что когда человек принимает какое-то сомнительное с точки зрения морали решение, он, как правило, оправдывает себя тем, что у него просто не было другого выбора? Обосновывает, приводит сам себе кучу доводов… Я же с собой честна. Я одна виновата в том, что со мной случилось. И мне одной из этого дерьма выбираться. Одной… Не с кем-то. Не с ребенком, который только все усложнит. Прости, малыш. У одной меня, по крайней мере, будет шанс. Вдвоем с тобой… шанса ни у тебя, ни у меня не будет. Ты знаешь. Я пыталась. Даже в полицию съездила.

Хотя и страшно было. Ведь в памяти еще живы рассказы наших о том, что туда лучше не попадать. Ни под каким видом. Уж очень легко из потерпевшего стать подозреваемой. Им только попадись на глаза… Дай почувствовать свою беззащитность. Так вот, я просидела в полиции, ожидая своей очереди почти три часа. И в какой-то момент поняла, что это абсолютно бессмысленно. И ушла. Не потому, что сдалась, нет. Я ведь обратилась к юристу! Тот даже пообещал, что дело мы выиграем. Но нужно идти в суд и признавать сделку незаконной, что может затянуться на годы. А у нас, малыш, нет этих лет. Понимаешь? Нет… Ничего ты сейчас не поймешь. У тебя и мозга пока фактически нет. Именно поэтому я так спешу. Говорят, если это сделать пораньше, ты не будешь страдать. Вот, чего бы мне не хотелось. Ни под каким видом. А страдать можно по-всякому. Родившись не вовремя, не у того… Господи, я ведь жила в детском доме! Я столько плохого видела… Не хочу такой судьбы для тебя. И для себя хочу другого. Ну какой у нас будет шанс вместе? Без дома, вероятно, и без работы, на которую я по вполне понятным причинам забиваю уже три дня.

Я не плохая, малыш, я не злая… И уж тем более не жестокая. Наверное, я просто слабая. И неуверенная в том, что смогу быть тебе хорошей мамой.

– Я смогу иметь детей в будущем? – господи, я, кажется, сейчас развалюсь на части.

– Таисия, медикаментозный аборт тем и хорош, что не влияет на репродуктивную функцию. Под контролем врачей он абсолютно безопасен. Но я бы все же советовал вам подумать. Еще есть пара дней и…

– Нет. Нет... Я все решила.

– Если так, мы можем приступать.

Зажмуриваюсь и киваю.

Прости меня, малыш. Тебе нужно было выбрать кого-то другого. Прости. Пожалуйста… Прости.

Плохо соображая, пересаживаюсь со стула на кушетку. Резко открывается дверь. И этот звук пробивается даже сквозь мое онемение.

– Тая!

Удивленно моргаю. Савва? А он что тут забыл? С губ слетает короткий испуганный смешок. Я смеюсь, потому что, черт его дери, в глубине души, как последняя дурочка, конечно, надеялась, что, как в дурацком фильме, в палату ворвется Влад и во всем покается. Но… Это не он.