Когда живот сводит от бесконечного смеха, а ты регулярно подрабатываешь в роли пони.

С тех пор поменялось все, включая меня. Я существовал для своей семьи, Рашидовых таковыми я считал без сомнения. И за свою семью я мог убивать, нужда в этом была, правда, лишь дважды.

И я надеюсь, что больше не повторится.

Был уверен в этом, как и в том, что больше никто и никогда не подберется ко мне слишком близко.

Но подобрался. Оглушительно внезапно. И я все испортил своими руками. Собственноручно прикончил.

—Положительно, — лениво отвечаю своему теперь уже другу.

—Я не сомневался. Ты, надеюсь, помнишь, что у Светы день Рождения?

Прикрываю глаза, впитывая в себя это имя. Пропуская по телу, как электрический заряд. Меня кроет. Как я могу забыть, если оно выжжено в душе?

—Помню.

—Ну тогда ждем, как обычно…а то год у нас не был, все дела и дела. Нехорошо, мои девочки скучают. Да и я рад был бы видеть тебя, засранца. Плюс дело к тебе есть, но это не телефонный разговор.

Ехать туда похоже для меня на билет в один конец. Поднятие на гильотину. Лобовое столкновение с бетонной стеной из прошлого, за которое себя хочется подвесить за яйца.

—Буду, —желание увидеть ее перечеркивает все, в последний раз.

Потом исчезну навсегда.

Найду чертову причину.

3

НИКИТА"

"Как всегда, приезжаю с запозданием, но не по своей воле в этот раз... Виноваты те, кто не знал обо мне и решил, что гопстопнуть дядю будет полезно. Вот только дядя оказался ""папой"". Резко торможу у знакомого особняка и пытаюсь собрать свои нервы до кучи. Мандраж. И из-за того, что уже случилось, и из-за то , что случится. Рабочее отходит на творой план, на первом нынче другое.

Это моя семья. Я «дядя» Светы. Надя моя «сестра». Мы «семья». Там будет Аиша. Я справлюсь.

Самовнушение штука тонкая, главное в нее верить. Хватаю небольшой подарок для Светы, пусть основной ждает ее чуть позже, и пакеты для всех остальных, выхожу из машины. Подсознательно начинаю улавливать сомнения, а понравится ли. Рукав рубашки натягивается так, что видно тонкую полоску красной нити. Все никак не могу сорвать и забыть, она выедает кожу, вечно напоминая, кто подарил. Постоянно подкидывает картинки прошлого.

—Никита, я обижусь, вот серьезно, —Надя стоит у входа и нетерпеливо машет рукой. Обижается, конечно, еще бы. Пропал на год под благовидным предлогом, выдуманным. —Редиска ты, — обнимает меня и легонько бьет кулачком в грудь. Я был бы и рад тут быть все свое свободное время, но в тех условиях приходилось выбирать. Я выбрал. Обезопасить своих и не быть мудаком. Хотя бы с одной девушкой в своей жизни.

—Привет, Надюш, — с годами она стала другой, не менее прекрасной, но при этом другой. Роды ее поменяли, да и жизнь тоже.