Тот, с кем я делилась своими проблемами, тот, кто был рядом в самые важные промежутки моей жизни, тот, кто приходил разбираться с обидчиками, если папа был в отъезде. Тот, кто просто выпал из жизни на целый год.

А мог бы сделать другой выбор. Но ты трус, Никита. Ты гадкий трус.

Мне даже дышать трудно, вспоминая это все. До определенного момента я с ним делилась даже больше, чем с кем бы то ни было еще. Вот просто так. Он был моим лучшим другом. Он был для меня всем. Просто всем!

Идея проскальзывает в голове внезапно. Я делаю вид, что не замечаю его, а сама ленивой походкой иду на сверкающую сцену, в свете софитов сразу же становлюсь объектом для наблюдения. Охрана не успевает подойди, толпы людей вокруг создают непроходимый поток. В клубе стоит запах алкоголя и похоти. Оставляю Валю в прострации. На себе же ощущаю десятки, сотни вожделенных взглядов. Поворачиваюсь в сторону охраны и шлю воздушный поцелуй, скидывая с себя босоножки.

—Вау, воу! Посмотрите, какая красота у нас тут. Дайте шуму, дайте шуму, ребята, — голос ведущего разносится по всему клубу, теперь каждый не слепой будет смотреть на меня.

Но показательные выступления только для одного в этом зале. Я знаю, как двигаться так, чтобы свести с ума. И я это делаю, плавно качаю бедрами и подхожу к пилону. Ох, помню, как поделилась своим увлечением с Никитой. Он сразу же запретил мне посещать танцы.

—Это для девок подзаборных, Света. Ты не будешь этим заниматься, — грубо отрезал.

Он забрал меня после учебы, я как раз не успела припрятать форму. Заприметив каблуки, Никита взорвался прямо в машине. Всю дорогу долбил мне в висок своими упреками, как только понял, что к чему. Ну танцы на пилоне и что?

Домой он меня просто затащил.

Взгляд метал искры, я думала, что мужчина просто размажет меня по стенке. Так сильно он не кричал никогда еще, я буквально сжалась под внимательным острым взглядом. Но я не сделала ведь ничего!

—Да почему? Это просто спорт. Пластика. Да и не вечно же мне в девках сидеть, парню будет приятно…

Я знала, на что давить, я понимала, что делаю. Осознанно ходила по краю, но мне надо было знать наверняка.

Договорить не дали, зато Никита резко схватил меня за руку и принудил сесть на жесткий стул в кабинете отца.

—Ты вообще понимаешь, что несешь, я тебя спрашиваю? Чтобы завтра же позвонила им и сказала, что ты ходить не будешь. Я запрещаю. Моя Племянница не будет танцевать полуголая на всеобщем обозрении.

Я не твоя племянница. Мы друг другу никто. Так почему ты так бесишься?

Обезумевший взгляд практически проделал во мне дыру, а жесткий захват оставил тогда пару синяков. Я выхватила руку и с полным презрением в голове выдала:

—Ты не имеешь права запрещать мне что-то.