Ах, как ей хотелось высказать этой Марте Чабб все, что она о ней думает!

Кейти выпрямилась в кресле и проговорила:"

"– А как еще Оливия могла найти себе помощника? Марта, ради Бога, вспомни о том, что у Оливии и так достаточно неприятностей. Оставь ее в покое.

Марта хотела что-то сказать, но Кейти, повысив голос, продолжала:

– Прошлой ночью Харланы напились и отправились к ней. Они швыряли камни ей в окна и напугали девочек чуть ли не до смерти. Оливии пришлось стрелять в них, чтобы прогнать. Мы слышали выстрелы. Да и Оливия рассказала нам, что произошло, когда завезла к нам вчера своих девочек.

– Пришлось стрелять? – Марта всплеснула руками. – Вот об этом я и говорю. Стрелять! Представить не могу, что произошло с Оливией.

– А я считаю Оливию храброй женщиной, – возразила Кейти. – Она справляется, как может. И вот еще что… Не будь ее, я бы сейчас с вами не сидела. Она помогла при родах. Мне было очень тяжело, а она мне помогла. Наверное, я умерла бы без Оливии.

Кейти посмотрела на Бекки, и та ответила ей благодарным взглядом. Почувствовав чью-то руку на своем плече, Бекки обернулась и увидела Кэрри, рядом с которой стояла Миранда.

– Почему эти Чабб говорят гадости про маму? – прошептала Кэрри.

– Потому что они противные и старые, – шепотом ответила Бекки. Стиснув зубы, она с ненавистью посмотрела на Марту и Эмили. – Да, противные – вот почему.

Кейти откашлялась и вновь заговорила:

– Нам всем известно, что именно Вернон послал туда Харланов. И всем известно, почему он это сделал. Вернон хочет заполучить землю Оливии, чтобы построить там железную дорогу на деньги своей жены-янки. Он так поступил со многими из местных жителей. И я рада, что Оливия выступила против него.

Бекки взглянула на Кейти, улыбнулась ей и закивала.

– Нужно ли напоминать вам, что именно Вернон сделал пожертвования для нашей церкви? – ехидно проговорила Марта. – Благодаря ему мы смогли в прошлом году купить новый орган.

– Просто Вернон думает, что может купить все на свете, – отрезала Кейти. – Даже место в раю.

Лайла, как хозяйка дома, попыталась вмешаться и прекратить спор, пока обстановка не накалилась еще больше. Взяв блюдо с печеньем, она громко сказала:

– Дорогие, никто не хочет?!

Но дамы не обратили внимания на печенье. Лишь Миранда, обожавшая сладости, подбежала к хозяйке.

– Не богохульствуй, Кейти, – проговорила Марта, нахмурившись. – Что же касается Оливии, то ей не следует вести дела в «Персиковой роще» самостоятельно. Надо было продать землю, когда умер ее отец.

– Глупости! – отрезала Кейти.

Тут в дискуссию вмешались дамы. Но когда снова заговорила Марта, ее зычный голос заглушил все остальные:

– Я прекрасно тебя понимаю, Кейти. Ты, как подруга Оливии, должна защищать ее.