Хоть я и зарекалась бояться и падать в обморок, но к такому меня жизнь не готовила: в маленьком холле квартиры на небольшой полочке находился продолговатый предмет… который общался с моим спасителем.

«Ещё один сосуд души!», — пронзила меня ужасная мысль. — «Но не в иконе Николая Чудотворца, а в… пластиковой коробочке!». Если бы я могла, то непременно потеряла бы сознание от нахлынувшей паники.

Глава 19. Искренность и нелюбезные мысли

Глава 19. Искренность и нелюбезные мысли"

"Дмитрий, удивившись моему испугу, протянул руку и постарался успокоить, но я успокаиваться категорически не желала, вертела головой и сипела, вжимаясь в угол.

Очевидно, какая-то мысль отражалась в моих глазах, поскольку молодой человек на мгновение прикрыл глаза, после чего огорчённо посмотрел на меня и ровно спросил в пустоту:

— Алиса, ты живая?

— Мне не понятен смысл вопроса, — не замедлил последовать ответ, после чего всё тот же приятный женский голос добавил: — Но вы можете считать меня голосовым помощником. Вот что я могу: я могу поставить будильник на пять…

— Достаточно, — оборвал Дмитрий и повернулся ко мне, строго посмотрев: — Алиса — это такой робот… Вас же не пугает голос в лифте, отсчитывающий этажи?

В очередной раз мучительно залившись краской по самые уши, я молча отрицательно помотала головой.

Нет, не пугает. Да и сам лифт тоже. Вспомнилось отчего-то, как папенька однажды, изучая свежий номер «Московского вестника», в котором была заметка о том, что известный мануфактурщик Кошелев приобрёл замечательное механическое устройство, помогающее поднимать грузы на большую высоту, искренне радовался тому, что в будущем немецкие механизмы всенепременнейше получат своё распространение в домах граждан нашей великой империи. Они, мол, лифты эти, есть не что иное, как отражение гениальности инженера Отиса, придумавшего забавную штуковину для подъёмов наверх. И приговаривал, что вся прелесть от их использования, должна быть оценена по достоинству.

— Вы хотите сказать, что Алиса — это голос лифта? — задумчиво прохрипела я, стараясь на задумываться о том, как ему удалось засунуть удерживать голосового помощника внутрь коробочки (а самое главное — почему она оттуда не вышла, если ей что-то не нравится).

Казалось, что подобная постановка вопроса немало озадачила Дмитрия, он немного замялся, не сумев верно объяснить, просто развёл руками и вновь попросил не задумываться о природе вещей:

— Вы же не боитесь микроволновки? — с запозданием поинтересовался парень, задумчиво осматривая содержимого шкафов на кухне.

— Конечно же, нет! — горделиво сказала я, внедряясь следом.