В понедельник мама куда-то съездила, скорей всего на телефонную станцию, наверняка сунула там денег, чтобы свободный номер нашёлся быстро. А во вторник пришли мастера и нам поставили телефон. Я думаю, что сложностей не должно бы быть. Телефонная точка-то на этой квартире уже была. Так что в среду, я со спокойной душой заказал на вечер такси. Пришлось приврать, что беспокоят из Горкома, использовал данные работы тёти Маши. Мне ничуть не стыдно, за эту маленькую ложь, зато машину подали к подъезду вовремя. Я отправился на вокзал, встречаю дедушку и бабушку. Моё тело было в гостях, у старших родственников, прошлым летом.

Но я попал в это время, уже после приезда из деревни. Если учесть свою прошлую жизнь, то деда я не видел давно, больше тридцати пяти лет точно. Потому испытывал некоторое волнение. Помню дед здорово меня любил, выделял среди других внуков. Может, потому что я самый младший, точно не знаю, никогда его об этом на спрашивал. А вот бабушка всегда любила Катю, единственная девочка среди внуков, как такую не любить. Чем Катюха всегда пользовалась, дед и бабушка баловали мою сестру, не обращая внимания на возмущения моей мамы. Машину оставил на вокзальной площади, таксист включил счётчик на ожидание. Точнее он уже включен, ведь мы ехали к вокзалу, уже с включенным счётчиком. Я потопал к перрону, на который подойдёт нужный поезд. Шёл и думал, какие они сейчас, мои дедушка и бабушка? Помню взгляд деда, его глаза, которые выцвели за время войны. Бабушка рассказывала, что у деда были голубые глаза до войны, а потом стали цвета льда. И взгляд очень острый. После Великой войны, дед мог сделать военную карьеру, но не пошёл дальше по армейской стезе. После войны работал, в своём районе, судебным заседателем, пока не ушёл на пенсию. Бабушка работала в колхозе. Мой дед прошёл две войны. Женился до мобилизации на срочную службу. Срочную служил на границе, где-то на Дальнем Востоке. Тётя Маша родилась, когда он отдавал свой долг Родине. Только пришёл домой, через год родилась мама. Деда мобилизовали на Финскую войну в 39-ом. Там он заслужил свой первый орден «Красной Звезды». Вернулся ближе к лету 40-го года. А через год, в июне забрали на Великую Отечественную войну. Вот такая судьба. К концу войны дедушка дослужился до майора. Пока ждал не перроне, испытывал волнение. Без кривляний, я тоже любил своих дедушку и бабушку. Наконец появилась голова поезда, нужный вагон пробежал мимо, я потопал за вагоном. И вот, дверь вагона открылась, я увидел сухощавого, скорее даже жилистого мужчину шестидесяти лет. А ведь он ещё не старый, подумалось мне, пока я быстро разглядывал деда. Рост у деда, для его сверстников считается высоким, сто восемьдесят сантиметров. Бабушка ему чуть ниже плеча. А бабушке нет ещё шестидесяти.