Можете продолжать целоваться.

— Михаил Александрович! Вы как-то несерьезно относитесь. Тут драма. Какое-то раздвоение личности.

— Никакого раздвоения тут нет. Чепуху вы городите! Какая драма?!"

"Михаил Александрович заставил вее-таки Игоря пойти с ним ужинать. Игорь ел с аппетитом, но когда он хотел подсыпать перцу в молочный кисель, Березовский понял, что его мысли блуждают где-то далеко.

— Вы начинаете слишком задумываться, молодой человек!

— Да, Игорь сегодня сам не свой, — согласилась и Надежда Петровна. — Прямо как влюбленный!

Игорь вспыхнул, а Михаил Александрович опять стал смеяться и смеялся до слез.

Игорь молчал. Надежда Петровна улыбалась, глядя на такое веселье мужа, но не могла понять, почему ему смешно.

— Ты говоришь... ты говоришь — как влюбленный! — в промежутках между приступами смеха восклицал Березовский. — А по-моему... ох... не могу... по-моему, перец сыплют в кисель только... только дуплекс-влюбленные!..

— Михаил Александрович! Вы же обещали! — воскликнул Игорь.

— Молчу! Молчу! Ох!.. Я же ведь любя и любуясь... Замечательно! Честное слово, замечательно!

— Тише, ты разбудишь Вику, — останавливала Надежда Петровна, а сама тоже радостно, светло смеялась, начиная догадываться, в чем тут дело.

И вдруг Игорь вскочил из-за стола, опрокинул стул и выскочил в дверь, не прощаясь, обиженный и смущенный.

— Ну вот, что ты наделал! — озабоченно сказала Надежда Петровна. — Иди, догони его. Зачем же смеяться? Это с твоей стороны некрасиво.

— Честное слово, я не хотел. Да ведь и ты смеялась... Я от него в восторге, он мне нравится. Понимаешь, двадцать пять лет, инженер...

— Иди, иди же! Нехорошо.

Березовский нагнал Игоря уже на верхней дороге:

— Игорь!

Игорь шел не оглядываясь.

— Игорь! Неужели вы обиделись на меня?

— Михаил Александрович! Если вам непонятно...

— Дорогой мой! Милый мой Игорь! Я действительно как-то нелепо... Это Надя виновата, она, не думая, сказала — «как влюбленный»... Но чего же тут обидного? Влюбляйтесь себе на здоровье! И потом — я привык вас считать членом семьи, своим, ну и шутил по-свойски...

— Да, а Надежда Петровна Невесть что могла подумать.

— Ничего она не могла подумать!

— Идите же, Михаил Александрович, вы даже не поужинали из-за меня.

.. с моими фокусами...

— Нет, брат, теперь я вас так легко не выпущу! Прогуляемся. Погода отличная. И если не возражаете, поговорим о любви.

И они ходили взад и вперед, тихо разговаривая. Под ногами была мягкая летучая пыль, которая делала их шаги неслышными. И вокруг была такая тишина! Никак нельзя было подумать, что здесь в котловине и по пологому склону горы живет и работает, двигается, разговаривает или отдыхает после работы столько людей.