Новую квартиру-двушку я специально купила на окраине города рядом с остатками леса.

Самым живым и важным элементом моей жизни был Грей, я не испытывала тоски и одиночества именно потому, что он всегда был рядом. Тот тонко чувствовал моё настроение и жалел меня, когда случались какие-нибудь неприятности на работе.

Если я болела, что бывало не так уж и часто, он приходил в спальню и ложился у меня в ногах, жалея и охраняя. Я с ужасом замечала, как он стареет, как седые волоски появляются на его чёрной морде, как мутнеют от старости глаза и появляется неуверенность в движениях."

"Я много читала и увлеклась разными видами вышивки, поэтому вечерами, под голос диктора, корпела над очередной работой, а Грей лежал в дверях комнаты, охраняя меня от всего на свете. Нам было комфортно в нашем маленьком мирке без детей, друзей и предательств. Иногда я в шутку называла его ангелом-хранителем.

Грей умер, когда мне исполнилось тридцать семь лет. Завернув тело своего друга в большое покрывало, я сама похоронила его в том леске, где мы так любили гулять. После этого заехала в магазин, купила несколько бутылок виски и первый раз в жизни надралась вдрызг, в хлам, в сопли…

Виски закончился на третий день.

Я проснулась, воняя перегаром и потом, от назойливого звона в ушах. Пустыня Сахара во рту и болезненная пульсация в висках мешали соображать здраво. Наконец, звон прекратился, и я с облегчением закрыла глаза, но буквально через минуту мобильник завизжал снова. С трудом, кряхтя как столетняя старуха, я протянула руку к тумбочке и взяла омерзительно дребезжащий прямоугольник в руки, взволнованный голос Нади взорвался в мозгу, как бомба:

— Лена, Леночка! Срочно приезжай! Там трубы лопнули… Воду уже перекрыли, ткани мы уже почти все вынесли… Тут Нина с Наташей охраняют… Но всё валяется прямо у входа, на земле! Приезжай срочно!

Я сбросила звонок, ещё несколько минут тупо пялилась в потолок, пытаясь собраться с мыслями, не хотелось двигаться, думать. Пожалуй, если бы не Надя, я бы просто отключила телефон…

Душ. Двойная порция кофе в чашку, чистое бельё, джинсы, рубаха. Щёлкнула у окна автозапуском, «Тойота» пискнула и заурчала. В машине слабо пахло Греем, мир за лобовым стеклом слегка размазался от слёз.

Я привычно сбавила скорость возле школы, памятуя о том, как неожиданно любят выскакивать на дорогу дети. Этот участок пути я всегда держала скорость не более тридцати-сорока километров.

Ближе к повороту я немного добавила газу, но послушно остановилась под красным светофором. Странную фуру почти на встречке, которая, вихляя, летела по двойной сплошной, я заметила сразу: «Пьяный что ли?!».

Больше я, в общем-то, ничего подумать не успела.