– Самый верный способ – продышать эту эмоцию.

Что?

Нет. не так.

ЧТО?!

– Почувствуй, какого цвета твоя злость, в какой части твоего тела она концентрируется, и с каждым вдохом представляй, как ты наполняешь светом и теплом, а с каждым выдохом цвет твоей злости тускнеем, пока полностью не раствориться в пространстве.

– У меня нет слов. Это работает?

– Не берусь утверждать. Кто-то тебя разозлил?

– Допустим. Что бы ты сделала с этим человеком?

– Мысленно бы его придушила. Вот сейчас именно это я и делаю.

Чертовка!

Глава 13. Алиса

– Мамуля, папуля, бабуля, – целую в щечку каждого и, наконец, снимаю с себя куртку.

Дома вкусно пахнет ужином и какой-то ванильной выпечкой. Согреваюсь быстро. На улице сегодня ненормально холодно, и я успела продрогнуть, пока шла два метра от машины до подъезда родительского дома.

– Я твою любимую халву купила, – обращаюсь к папе и передаю упаковку халвы в шоколаде.

Сколько себя помню, он готов на все, ради этой сладости.

– В твоем возрасте, Валера, уже пора следить за содержанием сахара в крови. Бери пример с меня, – бабуля вскидывает идеально накрашенную черную бровь и в своей манере обращается к отцу.

За их перепалками нужно наблюдать, только прихватив с собой ведро попкорна.

– С Вас опасно брать пример.

– Это почему же?

– Потому что дурной пример заразителен, а я еще, слава богу, в своем уме, – папа указательным пальцем стучит по своему лбу, а бабушка закатывает глаза, которые, кстати, подведены тушью и персиковыми тенями.

На кухне уже накрыт стол, а мама суетится с горячим. Пока эти двое что-то еще выясняют в коридоре, успеваю отхватить кусочек сырка с тарелки и словить мамин “цык”.

– Ну что, рассказывай, как у тебя дела? – спрашивает мама, как только все расселись.

А я и не знаю, с чего начать."