Наконец его губы шевельнулись и приоткрылись, завладели ее ртом, язык вошел в нее, и Мэг задохнулась от этих ощущений. Заключив в объятия, он медленно повел ее спиной вперед к двери в ее спальню. О господи, все получилось: она победила! Они идут в ее спальню, где это наконец произойдет!

Мэг обхватила его за шею и с жаром ответила на поцелуй, а Харт, не отрываясь от ее губ, продолжал подталкивать ее в сторону спальни. Через несколько шагов они оказались у цели, и он прижал Мэг спиной к двери. Его возбужденное мужское достоинство упиралось ей в живот, она едва дышала, с трудом удерживаясь на ногах. Наконец Харт прервал поцелуй, одной рукой открыл дверь и, натянуто улыбнувшись, втолкнул Мэг в комнату.

Дверь захлопнулась у нее перед носом, она осталась по другую сторону. Ее трясло от желания и гнева. Руки сами собой сжались в кулаки. От обиды и унижения ей очень хотелось его поколотить, но поцелуй приоткрыл ей и кое-что важное. В том, как муж ответил ей, Мэг ощутила страсть, и, стало быть, у нее есть оружие, которое и поможет его завоевать.

Глава 36

На следующее утро Харт сидел в карете перед домом Тиммонсов и разглядывал когда-то черную, а теперь облупившуюся парадную дверь, которую не мешало бы покрасить заново. И если уж на то пошло, то и ступеньки хорошо бы как следует отскрести, а фасад отремонтировать. Он покачал головой и распахнул дверцу кареты: сколько ни сиди, а покончить с этим делом надо, и желательно побыстрее.

Реакции на свой стук в дверь ему пришлось ждать довольно долго. Наконец дверь открылась, и Харт увидел того же неряшливо одетого дворецкого, который встретил его на пороге той ночью, когда он приезжал сюда известить родителей Мэг, что женится на ней. Как и в ту ночь, дворецкий моментально пришел в состояние тревоги, увидев его перед дверью. Судя по всему, у Тиммонсов визитеров не жаловали.

После того как Харт попросил о встрече с бароном, дворецкий отвел его в ту же самую убого обставленную гостиную, где его принимали в прошлый раз. Усевшись, он стал разглядывать трещины на покрытом ржавыми пятнами потолке. Так прошло несколько минут, прежде чем в комнату торопливо вошел его тесть. Лицо у него раскраснелось, словно он сюда бежал, что было не очень разумно, учитывая его проблемы с сердцем.

– Милорд! – Тифтон поклонился Харту. – Чем обязан?

Несмотря на видимую любезность, Харт безошибочно определил в голосе тестя ехидство, но все же встал, чтобы пожать ему руку. Это было короткое резкое рукопожатие, после которого мужчины сели друг напротив друга.

– Я здесь для того, чтобы сделать вам деловое предложение, – сразу приступил к делу Харт.

Зеленые с золотыми искорками глаза барона – такие же, как у Мэг – прищурились.

– Любопытно.