Белая колючая самочка, от привычных ему отличаюсь.

Императора новизна будоражит. Но это мои мысли уже на новый круг заходят.

Флаер благополучно добрался до места назначения. Я медленно встала и также предельно осторожно, тотально контролируя каждый свой жест, вышла из него и направилась к себе.

Нет, я не позволю своему хвосту крушить всё вокруг.

Я не позволю своей похотливой рихтовской природе разрушить мою жизнь и карьеру.

Мне не нужна интрижка с императором.

Мне совсем вот не упало влюбиться в него, и потом собирать осколки своего сердца.

Не нужно мне такого.

Всё. Я спокойно отработаю месяц. Когда Роргард будет меня снова зажимать где-нибудь — а он будет зажимать — я сменю тактику. Буду статуей.

Не отвечать на поцелуи. Не реагировать на прикосновения. Не накручиваться хвостом на его конечности.

Он потеряет интерес. Он хищник. Всё, что не двигается и не сопротивляется, ни есть, ни трахать не интересно. Вот это и будет моя тактика.

Всего месяц. И всё закончится. Я отправлюсь домой и забуду его беложаберство. Насовсем.

С этим решением я выпустила, наконец, из кулака свой хвост, удовлетворённо отметив, что он намерен вести себя пристойно и послушно. Наконец-то!

Открыла дверь своей комнаты и вошла.

Когда включила свет в гостиной, застыла, уставившись на рослого мускулистого мужчину в чёрной космийке, развалившегося в моём кресле.

Действительно, кто ещё это мог бы быть? И почему я нисколечко не удивлена?

Глава 22. Связная

— Ну привет, сестренка, — жесткая усмешка обнажает клыки."

"Я фыркаю. Это в детстве я еще велась. Дрейк как был, так и остался любителем эффектных жестов. Сейчас на меня они совсем не производят впечатления.

Выросла. А еще я дико устала и хочу спать. И… холодная ярость внутри еще не улеглась до конца. Неудачное время выбрал братишка для нашего разговора. Очень неудачное. Огребет сейчас вместо императора.

— Привет, — недовольно бурчу и с наслаждением скидываю туфли.

Кайф какой… Совершенно не стесняясь, прохожу в спальню, удерживая на лице невозмутимо-спокойное выражение, игнорируя вопрос в его глазах. Да, растрепанная в край. Да, платье порвала. И что?

Я еще умела принимать вид царицы в любом образе. От мамы научилась. Хвост согласно качнулся и выгнул эффектную дугу. Так-то братик. Не только ты умеешь себя подать.

Переодевшись я вернулась в гостиную и удивилась метаморфозам. Дрейк деловито разливал ароматный отвар по чашкам. В вазочке уже лежали мои любимые печенья, а на тарелке завлекательно пестрели пирожные.

— Поговорим? — выгнул он бровь, подвигая к столику второе кресло.

Так и быть, решило мое немного расслабившееся сознание. Сладкое это неплохо. А вместе с горячим варом так вообще замечательно. После такого напряженного дня тем более.