И не шантажируют их вещами.

Ишь чего удумал, мою Катю в загс на привязи.

Пусть для начала привязывалку отрастит.

Когда выхожу из машины, замечаю, как к подъезду подходят двое крепких ребят в черной униформе охраны. Должно быть, работники того же знакомого безопасника.

Здороваюсь с ними, вместе проходим в подъезд, зачем-то открытый настежь. Проветривают, что ли? Но нам лишь на руку.

Поднимаемся на нужный этаж.

- Отойдите в сторонку, Вячеслав Игоревич, - просит меня один из ребят.

Делает морду кирпичом и, игнорируя дверной звонок, начинает стучать в дверь с громкими возгласами:

- Хозяин, заливаешь! Весь ремонт к хренам попортишь! Открывай быстро…

Открывают ему и вправду быстро.

Антон через секунду появляется в дверном проеме, видит, что на лестничной клетке его ждет не один человек, а целых три. Но еще не понимает, куда встрял.

- Что происходит? – хрипло спрашивает он и нарывается на меня взглядом.

Больше он ничего сказать не успевает, потому что ребята быстро скручивают ему руки, заходят в квартиру.

Я шагаю следом.

Антона затаскивают в неожиданно просторную гостиную.

- Ты че? Совсем охренел… - басит он.

Пытается вырваться, лось здоровый, видно, верит в свои силы. Но ребята крепкие, держат его как следует, чтобы не рыпался.

- Че те надо? – рычит он, продолжая брыкаться.

- Я тебе сейчас подробно объясню, что мне надо, - говорю делано спокойным тоном. – Видишь ли, жизни тебя пришел поучить.

- Чего? – не понимает он.

Ну еще бы.

- Нехорошо так поступать, Антоша, - говорю с ним как с маленьким. – Девушку обидел, вещи забрать не дал. Скандал ей устроил, жизнь портишь.

- Она – моя невеста! – орет он с выпученными глазами. – Не твое собачье дело…

- Она тебе никто, - отвечаю уверенным голосом. – И если не хочешь срочного визита к дантисту, а заодно и хирургу, ты про нее забудешь. Это ясно?

- А если нет? – рычит Антон, злой от бессилия.

Он мою фразу про дантиста и хирурга прослушал, что ли? Вот же придурок.

Объясняю:

- Есть два варианта развития событий. Первый – ты оставляешь Катю в покое, отдаешь ей вещи. И второй – попадаешь в больничку с переломами. Тебе какой вариант предпочтительнее? Мне-то все равно, решай.

- Ты с ней спишь? Скажи! – спрашивает он с надрывом.

- Не сплю, - честно и откровенно признаюсь. – Пока что.

- Так и знал, что она гулящая тварь…

От последней фразы меня передергивает.

- Ты бесстрашный, что ли? Или просто тупой? Не понимаешь, что я тебя сейчас прибью на хрен? – цежу зло.

- Давай, бей, - пыхтит он. – Легко бить морду, когда другие держат? Сам на сам слабо?

- Отпустите, - машу рукой.

Как только мои помощники выпускают руки Антона, тот разом веселеет, а на его лице появляется хищное выражение.

Он почти уверенно шагает ко мне, даже имеет наглость замахнуться.

Нет, я, конечно, пацифист.