Или кататься, но исключительно по щучьему велению. А вот топить ее или чистить — это не ко мне, извините.

На удачу, обычная электрическая плита тоже имелась. И даже с духовкой. Вот это хорошо. Потому что я тоже уже есть хотела. Я прошлась с ревизией по шкафам. Нашла холодильную комнату и кладовку.

Набор продуктов был не так чтобы сильно велик. Лежала большая охлажденная мясная нога. Наверное, коровья. Яйца были. Молоко. Сыр.

— А из чего готовить-то? — спросила я ворона.

— Вот же, — указал он клювом на коровью ногу.

— Шутишь? Я ее не подниму — это раз. И без понятия, что с ней делать, это два.

— В камине запеки, само собой.

— Нет, — коротко ответила я. — Омлет сделаю. И шарлотку. Яблоки есть?

Яблоки были. А миксера нет. А раз нет миксера, значит, нет бисквита. А нет бисквита — нет шарлотки. И тортика нет.

В общем, ужин нас с потенциальным бессмертным женихом ожидал скромный.

Только я закончила возиться с готовкой и накрыла к ужину в столовой, которую мне показал ворон, а тут и хозяин дома нарисовался. Появился со спецэффектами, звуковым и световым сопровождением. Сначала громыхнуло, потом молния расчертила помещение, потянуло затхлым, вместо ожидаемой во время грозы озоновой свежести. И сразу же словно тьма сгустилась, стянулась в одно место, и из нее вышел тощий высокий лысый старик в классическом черном костюме. Выглядел он страшно изможденно и очень старо, словно ему уже лет двести.

Надо сказать, одет дедуля прилично. Никаких старомодных колдунских хламид. Нет. Очень недешевый на вид костюм из хорошей ткани и с хорошим кроем. Брюки со стрелками. Черная рубашка с черным галстуком. Идеальные лацканы двубортного пиджака. В кармашке платок-паше́ из черного шелка.

В общем, все черное-черное. Обувь тоже. На каждом пальце золотые перстни с крупными камнями. На каждом запястье — широкий золотой браслет-обруч, тоже в больших драгоценных камнях. В галстуке — золотая булавка. В правом ухе крупная золотая серьга со свисающей грушевидной черной жемчужиной. На груди поверх пиджака красуется здоровенный, с мужскую ладонь, то ли орден, то ли медальон. Ну и в завершение картины, в правой руке хозяин дома сжимал посох с хрустальным черепом-навершием.

— Здравствуйте, дедушка, — вежливая я сразу обозначила, что старость уважаю. На вид-то он старше даже моего прадедушки, которого я едва помню.

Мы с ним стояли и некоторое время изучали друг друга.

— Здравствуй, девица.

Тут он принюхался, медленно повел головой, уставился на своего питомца и сообщил ему:

— Не девица."

"— Не девица, — поторопилась я ответить. — Ваш слуга ошибся.

— Вдова, — каркнул ворон и перелетел на плечо к хозяину. Потоптался там и заявил: — Искусница. Муж — оборотень, кобель-изменщик. Она от него избавилась.

— Вот как? Неужто сама?

— Долго ли? — фыркнула я.