И это казалось… на удивление правильным. Я чувствовала себя свободной. И я собиралась сосредоточиться на создании чего-то нового. Того, что будет принадлежать только мне.

Первым делом я отправилась в Школу Всех Святых. Была середина школьного дня, поэтому мне пришлось спрашивать разрешения, чтобы сделать несколько снимков на телефон.

– Зачем? – насмешливо уточнил Гейб Причард, даже не потрудившись оторвать взгляд от бумаг, сидя за своим столом. Он казался смехотворно молодым для своей должности, и это его первый год в качестве директора Школы Всех Святых. Высокий, смуглый, красивый и до отвращения надменный, он, по слухам, получил степень бакалавра в нежном девятнадцатилетнем возрасте и стал своего рода индивидуалистом в нынешней системе образования. Когда он задал вопрос, за моей спиной собралась уже толпа из фанаток-школьниц, ожидающих своей очереди, чтобы понести наказание за неприятности, которые они устроили специально.

– Для проекта, – ответила я уклончиво.

– Что за проект? – Он нахмурился, наконец встретившись со мной взглядом. Я закусила нижнюю губу, изображая застенчивость. Когда я закончила учебу, Гейба еще здесь не было. Он не знал, какие ужасные вещи происходили со мной в стенах этой школы.

– Для курса по фотографии, – соврала я.

Он кивнул.

– Никаких лиц, студентов, учителей или персонала. Ничего личного или интимного. Понятно?

Ох, это будет очень личным. Но только для меня.

– Да, сэр."

"Я провела остаток дня, сидя на корточках возле скамейки под деревом, где была вырезана надпись «Джесси Картер – ШЛЮХА», и в спортзале, где все еще висело зеркало с трещиной, которая появилась в тот момент, когда подруга Рен, Айвори, попыталась ударить меня, но промахнулась. Я сфотографировала все, что могло послужить доказательством. Большая их часть оставалась незамеченной. Таким же стало и мое существование после «Инцидента». Старшая школа – великолепное место для убийства души. Элите на все наплевать, а простые смертные слишком заняты вопросом выживания.

Я вырыла закопанные трусики, которые Эмери выкрал из моего шкафчика и показывал всем, демонстрируя мокрое пятно от возбуждения после наших поцелуев, еще до того момента, когда все разрушилось.

Издевки. Насмешки. Пытки. Все они остались там же, меж этих стен, во дворе. И в моем сердце.

Когда я выбралась за пределы школы, было уже около шести вечера. Я заехала в ближайшую забегаловку и купила себе обед с тако. Я знала, что деньги скоро закончатся, и подумывала о том, чтобы попросить у миссис Белфорт немного наличных, хотя от этой идеи у меня сразу же скрутило живот. Чтобы доказать свою правоту, я отказалась от чека Бэйна и теперь не могла себе позволить даже батончик «КитКат».