И хоть на следующее утро друзья снова, как ни в чем не бывало, разговаривали друг с другом, но вечер, проведенный в напряженном молчании и сопровождаемый хмурыми, косыми взглядами Михаила Андреевича, изрядно портил всем настроение.

— Я бы с радостью всех вас научил, — продолжил я, повернув голову к Горину, — да только, боюсь, одного моего желания тут недостаточно.

— Вот и я про то же, Андреич, — глянув с ленивым прищуром на Горина, снова подал голос Ярцев. — Это ж магия! — И он сделал неопределенный жест рукой. — А из магов в нашем гарнизоне только Иваныч. Да и тот больше по огню специализируется. У магов в их науке так все закручено, что сам черт ногу сломит.

— Магия-шмагия, — с досадой буркнул Горин. — Только вот Александр Николаевич последний раз медведя без всякой там магии выпроводил. Сказал ему что-то, а тот и послушался. Так что уж и не только в магии, похоже, тут дело. — И он быстро глянул в мою сторону.

— Ваша правда, Михаил Андреевич, — ответил я. — Последний раз без магии. Только вот, хоть убейте, не понимаю, как это все так вышло. Да если б я знал, как этих монстров приручить без магии или хотя бы от моих земель отвадить, думаете, я бы этого не сделал?

— А с этим тогда что? — и Горин кивнул в сторону волка, прилегшего возле БМП.

А действительно, что с волком? Я совсем про него забыл. Медведь вроде бы нам больше не угрожал, значит надо что-то делать и с этим морозным товарищем. Не в усадьбу же его вести, в самом-то деле?

Да и вообще, сама природа этого волка мне сейчас была не совсем понятна. Вроде бы он погиб от лап тигра. А тут на тебе — снова живой. Еды и воды не просит. Лежит просто рядом и ждет дальнейших моих приказаний.

Может как-то можно вернуть его в матрицу аспектов, а потом еще раз вызвать? Но как это делается, я, к сожалению, не знал. Мой внутренний учитель, кто бы он ни был, тоже упорно молчал. Возможно, отлучился по срочным делам в самый, понимаешь ли, ответственный момент.

Но показывать перед подчиненными свое замешательство я не стал. Мне нужно было прямо сейчас решить что-то насчет волка. Во избежание распространения слухов о моих необычных способностях, вести его в усадьбу было никак нельзя. Как его вернуть в матрицу аспектов, я тоже не знал. Оставался только один выход: отпустить его так же, как я отпустил медведя.

— Это особый волк, — ответил я Горину. — Я вызвал его с помощью магии в момент смертельной опасности. Именно поэтому он и подчиняется мне.

— А что с ним дальше будет, ваше сиятельство? — после небольшой паузы спросил Горин, с любопытством глядя на мирно посапывающего волка.

У меня не было ответа на этот вопрос. Но вместе с тем он у меня должен быть. Иначе мои офицеры начнут во мне сомневаться. А подозрения в том, что я не контролирую свою силу, мне сейчас совсем не нужны.