Вода в кувшине, который был закреплен на обеденном столе в специальной рамке, начала неприятно попахивать, и пить ее Мария опасалась: так недалеко и до расстройства желудка. Пришлось обходиться пивом, свежий бочонок которого открывали, по словам Виты, каждый день. Пиво Мария не любила, но подтухшую воду пить избегала.

Больше всего Марию угнетало дикое безделье: единственная удобочитаемая книга в ее личных вещах была сборником стихов какого-то древнего поэта Леона Нуара. Второй книгой была Библия, которую Мария со скукой пролистала и оставила на дне сундука.

Так что к моменту, когда показался вожделенный остров Тирон, ее высочество находилась в максимально скверном настроении.

К берегу корабль пристал в крошечной бухточке, и у сходней их уже ждали: молодой веселый мужчина, который без церемоний обнял лорда Нордвига и только потом обратил внимание на Марию. Улыбка пропала с его лица, он деревянно поклонился и сказал:

— Приветствую вас, госпожа. Меня зовут Кристер Нордвиг. Я управляющий этого острова. Покои для вас уже готовы. Сейчас служанки греют воду.

Десять дней карантина прошли все же немного лучше, чем на корабле.

Слуги по-прежнему не смотрели ей в глаза, но четко выполняли все, что она просила. Ей даже удалось замечательно вымыться в огромной, выдолбленной в целом камне ванной, которую по ее требованию наполняли почти ежедневно.

Карантинный городок оказался довольно скучным: пять длинных каменных домов и около десятка разнообразных складских помещений без окон. В этих гостевых домах, как поняла Мария, останавливались на время торговых операция купцы и капитаны кораблей.

В одном из домов, в самом большом, жил со своей семьей управляющий островом.

Там же остановилась вся делегация во главе с послом. Самым странным было то, что даже семья управляющего не сочла нужным познакомиться с женой собственного короля."

"Издалека Мария видела статную шатенку, гуляющую по острову в сопровождении пары служанок и толстухи-кормилицы, несущей на руках закутанного ребенка. У жены управляющего было еще двое детей — крепкие мальчишки лет семи-восьми, которые наперегонки носились вокруг матери, подключая к своим играм детей, одетых попроще.

Общее количество народу, постоянно живущего на острове, не превышало пятидесяти человек. Почти два десятка из них были воины.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Дом, который был отведен Марии, был идеально чист и блистал свеже побеленными стенами. Мебель, пусть и не слишком богатая, но новая и крепкая, содержалась в полном порядке. Даже постель была вполне удобной, а место камина занимала огромная печь.