Ох… Господи… как же так…

Пальцы на ногах поджимаются, и меня трясёт в дикой лихорадке.

Это чувство наполненности на даёт опомниться. Грязно, пошло, но отчего-то пряная острота заставляет дрожать. Я даже не понимаю, приятно мне это, или нет. Я будто оголённый нерв в их жестоких руках. Малейшее касание обжигает, заставляя выгибаться дугой.

— Вот так, крошка, — Саша хрипит за спиной и слегка усиливает давление на попку делает движение бёдрами, наполняя меня ещё на пару сантиметров.

Миша следит за моей реакцией. Держит лицо в ладонях, буравит тяжёлым взглядом. Обводит по контуру пересохшие от частого дыхания губы, касается плотно сжатых зубов, проталкивает палец глубже в мой рот, ласкает кончик языка…

Его взгляд при этом становится до одури тёмным, диким.

Мужчина не просто смотрит на то, как меня трахает другой, он наслаждается этим. Наказывает меня, пьёт мои эмоции, усиливает ощущения, добавляя к кнуту пряник.

Миша ласкает соски, крутит и оттягивает их по очереди. От движений его члена по клитору, низ живота отзывается яркими вспышками. Складки утопают во влаге, а я… просто смотрю в его жестокие глаза и не понимаю, как всё это может так сумасшедше волновать меня…

Стискиваю зубы на его пальце, смотрю с вызовом.

Я хочу скрыть свои ощущения, хочу, чтобы они понимали — то, что они делают против моей воли! Я не собираюсь получать от этого удовольствие!

Но когда Саша очередной раз двигает бёдрами, лоно сводит предательским спазмом. Глаза закатываются, ногти царапают мощные плечи.

Я громко и несдержанно стону.

— Да, крошка, вот так… — на мою попку прилетает шлепок. Кожа вспыхивает на грани с болью. Чувствую, как под натиском члена моя дырочка расширяется всё сильнее.

Пропускает его в запретное место, растягивается, а потом снова сжимается на твёрдом и ненасытно двигающемся внутри агрегате.

— Пожалуйста… — шепчу задыхаясь, — не так быстро… нееет…

Из груди вырываются рваные хрипы. Я чувствую натяжение, колечко слегка саднит, но двигающийся по клитору член Миши просто не даёт боли взять верх в моих ощущениях. Порабощающие стрелы удовольствия пронзают лоно, заставляют дрожать и беспомощно метаться между зажавшими меня в тиски телами мучителей.

Сил сопротивляться и дальше больше не остаётся.

Я совершенно обмякаю, когда движения Саши внутри становятся резкими и несдержанными. С каждым разом он проникает всё глубже в меня, а я теперь могу только стонать, сжимаясь вокруг его твёрдой плоти.

Всё мысли покидают мою голову. Перед глазами какие-то хаотичные образы. Я забываю, где я и с кем, отпускаю себя, переставая бороться с ощущениями.

Моё тело становится послушным и податливым. Словно комок тёплого воска в их руках, из которого они могут лепить нужные им формы.