Надо же, кто бы мог подумать, что эта Маша настолько порочная и циничная?! Эта хрень уже мошенничеством попахивает! Неужели она просто издевалась над нами всё это время? Рассчитывала, что мы трахнем её, увидим кровь, а она потом будет лить горькие слёзы, и мы почувствуем себя её должниками? Сука! А как складно-то она всё продумала!

— … я долго терпела её поведение, но мой жених Жора недавно сказал, что она к нему подкатывала. Маша думает, я не знаю. А я всё знаю! Её надо кому-то остановить! Думаю, несколько дней в камере остудят её пыл! — Аля говорит возбуждённо, размахивает руками.

Но последующие её слова идут каким-то фоном.

Я смотрю в пустоту перед собой. Взгляд стекленеет, а в ушах набатом бьёт кровь.

Охуеть. Меня развели как лоха!

Глава 24

Маша

Всё время, пока я заперта в их ванной — не нахожу себе места. Мечусь из стороны в сторону, пытаясь понять, что мне теперь делать. Конечно, мечусь в фигуральном смысле слова, ведь, фактически я прикована к трубе и почти не могу перемещаться. Максимум — подойти к унитазу и раковине. А вот до двери даже если вытянуть вперёд ногу, достать не получается!

Мне страшно. Ужасно страшно от мыслей о том, что будет дальше! Вдруг, эти двое мерзавцев попадут в аварию? Вдруг, они погибнут, так и не доехав до моего дома! Тогда я буду обречена на долгую и мучительную смерть от голода? Ведь никто, кроме них, не знает, где я нахожусь! Их дом расположен в глуши, в лесу! Даже если я охрипну, крича о помощи, никто меня не услышит!

От жалости к себе на глаза наворачиваются слёзы. Но я, всё же, держусь из последних сил! Не даю себе окончательно расклеиться. Нужно верить в лучшее. Медведевы узнают правду. Они поговорят с Алькой, вернутся и отпустят меня!

В конце концов, подруге я верю как себе. Мы с ней с самого детства вместе. В школе за одной партой сидели. Дома наших родителей стояли рядом. Алька из неблагополучной семьи. Отец и мать у неё пили, били детей и часто устраивали скандалы. У Альки есть ещё трое братьев и сестёр, она старшая. Помню, как она часто приходила ко мне переночевать и даже мечтала о том, чтобы мой дед её удочерил, чтобы мы могли стать сёстрами официально. В школе она не очень хорошо успевала, поэтому часто списывала у меня. Помню, когда мне на Новый год дарили подарки, она всегда смотрела на них с печалью и завистью… Я жалела подругу и часто делилась с ней конфетами. Алька не могла дождаться, чтобы уйти из школы, поэтому когда после девятого класса мы решили поступать в колледж в Москве, она была вне себя от радости.

«Уеду из этого гадюшника и выйду замуж за миллионера! Буду жить как принцесса и больше никогда сюда не вернусь!» — любила повторять она."

"Я улыбалась её мечтам, поддакивала и всегда желала, чтобы всё задуманное ею непременно осуществилось.