Уже через полчаса мы с Катей стоим возле её машины, и взволнованно следим взглядом за дедом, который без устали с кем-то созванивается. Я то и дело порываюсь поехать вместе с ним, но дед лишь глаза закатывает и отмахивается:

— Не женское это дело. Дома сиди. Блины испеки. Заберу я твоих молодчиков, не волнуйся.

Когда его машина скрывается за поворотом, я бросаюсь на грудь Катерине.

— Ну-ну, деточка. Не плачь. Всё будет хорошо, — она гладит меня по спине. — У нас с Казимиром уже был такой опыт. Ты тогда маленькая была, не знала. А дед твой опытный вояка, помогал тогда моей внучке Лике и её… — она делает многозначительную паузу. — Мужьям.

В очередной раз я хлопаю ресницами. Вспоминая, что при нашем последнем разговоре Катерина на что-то такое намекала."

"— Поехали лучше, мы квартиру с дедом сняли. Испеку тебе блинов, да историю эту расскажу. Лика моя тогда тоже дала нам всем жару! Садись, солнышко, садись, — Катерина открывает передо мной дверь машины, и я сажусь в салон.

Вздыхаю, пристёгиваясь.

Сердце совсем не на месте.

Меня потряхивает от неопределённости.

Делаю глубоки вдохи, мысленно молясь о Медведевых.

Спаси и сохрани их, Всевышний! Умоляю!

Глава 61

Александр

— Что за хрень там творится? — Хлыщёв распахивает двери кабинета как раз в тот момент, когда я к нему подруливаю.

Мне нужно проконтролировать, что всё идёт по плану, и ссыкло Рамзин не пошёл на попятную.

— Олег Борисович, — останавливаю его, не давая выйти из кабинета. — Можно вас на пару слов?

— Не до тебя, свали!

Хоть я и выше Хлыщёва, старый козул всё равно смотрит на меня снизу вверх. Конечно. Кто я и кто он? Штатный следак, и главный прокурор. Не мне с ним тягаться. Да, этот ублюдок думает именно так. Он уверен, что я охуеть как рад его прощению, и теперь буду лебезить перед ним, как и все остальные.

Но урод ошибается на мой счёт. Ни хера. Я не буду пресмыкаться. Ему придётся выслушать всё, что я скажу!

— Что за выстрелы, твою мать?! — рычит он. — Ты слышал? — общается к охраннику. — Иди проверь, что там?

В этот момент холодные водянистые глаза прокурора поднимаются на меня.

Я усмехаюсь.

— Какого… — начинает было он, но я его останавливаю.

— Лучше поговорим в кабинете. С глазу на глаз.

Рамзин нервно кашляет позади.

Хлыщёв смотрит на нас обоих по очереди. Кажется, начинает понимать.

— Ну ладно, идём.

Заходим в кабинет, и я плотно прикрываю за собой дверь.

Оружия у меня нет — при входе нас обыскали. Однако, не всё то оружие, что режет или стреляет. Есть вещи куда опаснее. Например, компромат. Он может ударить куда больнее стали ножа, и быстрее выпущенной из дула пули.

— Объясни мне, какого хера?

— Олег Борисович, вы лучше присядьте, — киваю на кресло.

Хозяин дома садится, но его лицо при этом приобретает опасное хищное выражение.