Жестокость драконов по отношению к детям, ужасала. Неужели капля крови дальнего родственника-человека способна полностью убить родительский инстинкт? Как жестоки драконы… А люди?

— Ты сказал, что люди и драконы составляли пары… — Я первой нарушила затянувшееся молчание. — Значит ли это, что в Светлом мире у людей рождаются драконы?

— Так и есть, — покивал Карл. — Максимиллиан… Здесь, в Дрэгонвилле нет его родителей. Они где-то там, за стеной.

Это было ударом ниже пояса. Я буквально физически ощутила такую дикую боль, которая не сравнится ни с одним ударом молнией.

Прижала дрожащую ладонь к губам, словно боясь позволить себе высказаться.

И все же прошептала:

— Максимка — дитя человека? Его выкрали и поместили в лабораторию академии, или…

Повелитель драконов снова покивал. Его золотистые, обычно необычайно лучистые глаза, теперь наполнились сумраком.

— Родители обычно прячут таких детей. И чаще всего подкидывают к стене — потому я охраняю окрестности так тщательно. И для вас и для нас они не самые желанные отпрыски.

— В твоем замке нет больше детей, — заметила я. — При этом ты утверждаешь, что были и другие малыши… Драконы, рожденные человеком.

Где же они?

— Если драконьей крови много, их охотно берут в семьи, — терпеливо пояснил Карл. — Последний малыш, которого принесли к стене, сейчас уже почти взрослый дракон, и готовится занять приличествующую его положению должность.

— Все как за стеной… — горестно вздохнула я. — Детей, одаренных магией, тоже охотно забирают из приюта. И может статься так, что именно из-за того, что в роду были драконы, до сих пор в Светлом мире рождаются маги. Их любят и почитают.

Но ровно до тех пор, пока драконья кровь не проявляется в полную силу. И если дело доходит до оборота… Это слишком ужасно, но слишком похоже на правду.

Я старалась не думать о том, как поступают родители с детьми, впервые увидев их в драконьем обличии. Хорошо, если решатся подбросить к стене, где повелитель Карл найдет и приютит их. А если нет…

— Ты читаешь мои мысли, Дарина, — сообщил дракон. Присел рядом и взял мою руку в свою. — Даже те, которые я сам себе запрещаю.

Глава 23

Этой ночью долго не могла уснуть. Мы с Карлом проговорили почти до рассвета.

И только ближе к утру задремала. Сон был короток и тревожен, но влитая в меня драконья магия сделала свое дело. Проснулась я бодрой, полной сил и готовой действовать.

Карл дремал в кресле, где просидел всю ночь. Склонив голову на грудь и закинув ногу на ногу, он совсем не выглядел свирепым или буйным. Вообще не выглядел драконом — врагом, которым я его себе представляла раньше. Ярко-красные волосы полыхали в лучах рассветного солнца, как будто в комнате разожгли огромный костер.