Окнами узкие щели под потолком можно было назвать с большой натяжкой, но хоть какой-то свет сквозь них попадал. Основной их функцией было не освещение, а проветривание в случае, если что-то подгорит или протухнет.

— Есть еще пустые кладовки, но за них доплачивать надо, — покачал головой брат. — А у нас больше денег нет. Вопрос, как за месяц наскрести на две комнаты?

— Что, совсем нет? — удивилась я.

— Сорок пять фирнов у тебя было, сорок ушло за две комнаты. Кладовка стоит тридцать, я уже узнавал.

— Ясно. — Я принялась в задумчивости грызть нижнюю губу. Дурацкая привычка, доставшаяся вместе с телом, прорывалась в моменты напряженной работы мысли. — Значит, нам срочно нужны деньги. Где твой приятель?

— Тайринг? Ушел искать работу.

— Ну, дождемся его и поговорим. А пока давай обед приготовим, что ли.

Тут нас снова ждала загвоздка, потому что, кроме мешка с грибами, иной провизии не было. Ни масла, ни соли, ни трав.

— Что бы вы без меня делали? — проворчала я, одеваясь.

И мы с братом отправились в город, шиковать на последние пять фирнов.

Морозный воздух привычно ударил в лицо, пробрался под одежду, пощекотал шею, вынуждая плотнее завернуться в шаль.

Общежитие стояло на окраине, рядом протянулись бесконечные заборы, отделявшие фабрики и склады друг от друга. До жилой части города пришлось топать по сугробам, то и дело проваливаясь по колено.

Наконец монотонная каменная кладка закончилась, начались более привычные здания. Вместо стекол окна у большинства были заложены металлическими ставнями или кирпичами, чтобы не терять драгоценное тепло, так что город выглядел как после ожесточенной битвы. Но вокруг кипела жизнь. Торговцы тащили сани с добром, парочки прогуливались, воркуя, работники спешили по делам. Никто не обращал на двоих подростков ни малейшего внимания, что лично меня совершенно устраивало.

— Пойдем на рынок или по лавкам? — негромко спросил брат.

Видно было, что он неуютно себя чувствует в роли взрослого, но ради меня старается не показать виду.

— Где качество получше, — постановила я.

Рыбку и прочие дары природы могу добыть сама, а вот соль и приправы, а также котелок, сковородку и тарелки придется где-то покупать."

"Да-да, из приюта нас выпустили такими же голодранцами, как приняли. Ни подъемных денег, ни базового набора для быта. Крутись как хочешь.

— А если бы у меня не нашлось денег, что бы мы делали? — заинтересовалась я.

Брат покраснел. Решил, видимо, что это камень в его огород. Но меня интересовал вопрос чисто практически.

Куда идут обычные выпускники, без монетки в кармане?

— Кто как. Кого-то принимают в подмастерья. Кто-то идет в уборщики, в сторожа или младшим помощником — мы же все учились основным профессиям. На фабриках руки всегда нужны, — пожал плечами Кай.