Вера запрокидывает голову, когда Платон едва ощутимо сгребает волосы в кулак и слегка тянет.

Вера зависает, тонет в потемневшем взоре. Он обжигает ее. Полыхает такой сносящей с ног страстью, что у Веры перехватывает дыхание.

— Моя же? — шепчет Платон, едва касаясь ее губ своими.

— Твоя…, — улыбается Вера.

В сердце у девушки настоящий шторм. Хочется вопить в голос, смеется, плакать от счастья и от тех эмоций, что разрывают ее на крохотные искорки.

Жадный, но непозволительно короткий поцелуй, подтверждает ее слова.

— Беги в душ, девочка, — нехотя опускает руки Платон и отступает на шаг.

Вера кивает. Ее волосы рассыпаются по плечам. А рубашка уже не скрывает бедер. И трусики хоть выжимай.

— Вер, постарайся не сверкать попой перед моим братом, — раздается приглушенное за спиной, когда Вера уже перешагивает порог ванной комнаты.

— Ревнуешь? — осторожно интересуется девушка. Бросает взгляд в большое зеркало. По сути, мужская рубашка скрывает все ее тело плотной тканью, почти до колен.

— Зверски, — после недолгой паузы кивает Платон.

— Не стоит, любимый. Я только твоя, — улыбается Вера и тут же закрывает двери на замок.

По ту сторону слышится странный грохот, а после короткий стук в дверь:

— Солнышко, открой, а?

— Мне нужно привести себя в порядок, — фырчит Вера и включает воду в душевой кабине.

— К черту все! Через неделю летим в отпуск!

Вера негромко смеется. Да, она счастлива. Она уже привыкла и не может жить без диктаторских замашек своего любимого мужчины.

***

Когда Вера выходит из ванной, завернутая в огромное полотенце, ее ждет сюрприз.

Платон все еще в той же футболке и домашних брюках. Невероятно милый с взъерошенными волосами.

Увидев девушку, Пахомов убирает телефон на столик и наблюдает за тем, как Вера идет через комнату к гардеробной.

— Можно тебя на минутку? — спрашивает мужчина.

— Давай я сначала оденусь, — предлагает Вера.

— Была б моя воля, ты вообще не одевалась, — бормочет Платон и встает с дивана.

Вера все-таки прислушивается к просьбе любимого и подходит ближе. Платон тут же перехватывает ее ладонь и подносит к своим губам.

— Примерь, кажется, я напутал с размером, — недовольно ворчит Пахомов и свободной рукой протягивает Вере бархатный футляр.

Вера точно завороженная смотрит на кольцо. Оно кажется ей нереальным, сказочным. Будто стоит прикоснуться, и оно исчезнет. Но кольцо здесь, перед ее глазами, переливается блеском в свете солнечных лучей, что льются через огромное окно.

— Ты сумасшедший, Платон, — шепчет Вера. — Как я это носить буду? Оно же стоит, как …

— Малышка, надевай, — улыбается Платон.

Вера видит, как дрожат ее руки. Но кольцо плавно, точно влитое, садится на ее палец.

— Ну вот, мы теперь официально помолвлены, так? — самодовольно заявляет Пахомов.