— Бред! Ничего подобного я…, — начинает Вера, но осекается, — Реально перестанешь командовать?

— Совсем не перестану, такой уж у меня характер, — усмехается Платон.

— Не уверена, что что-то получится, — сомневается Вера. — Мы слишком разные.

— Малышка, зато мы на тысячу процентов совместимы в сексе, — заявляет Платон, — поверь старику.

— Тоже мне старик нашелся, — бормочет Вера. — Ладно, но учти, родители не должны знать, что мы любовники.

— Идет, — соглашается Платон подозрительно быстро, — и кто нарушает соглашение, тот выполняет любое желание.

— Какое?

— Любое, Вера, — коварно поясняет Пахомов.

Вера фыркает, сползает с мужских бедер, копается в сумочке в поисках пачки салфеток.

— Отвернись, — поджимает губы, когда понимает, что Пахомов пристально наблюдает за каждым ее движением. — На, держи!

Платон берет свежую салфетку и тоже приводит в порядок себя. Вера краснеет в цвет белья, потому что вся эта ситуация похожа на безумие. Нет, сумасшествие. Или и то, и другое.

— Когда ты так краснеешь, мне хочется оттрахать твой ротик, — улыбается Платон, а Вера давится очередным вдохом. — А что такого? Ты охренительно эротично это делаешь.

— Можешь не выражаться, а? — бормочет Вера.

— А ты ничего не хочешь мне сказать? Ответную любезность? — подначивает ее Пахомов, еще и сидит рядом с таким видом, будто они обсуждают цены акций на бирже. — Давай, девочка, откровенно. Я видел, какими глазками ты смотрела на мой член. Представляла, как возьмешь его в рот?

— Заткнись, а! — шипит Вера и отворачивается к окну. Благо, автомобиль уже едет по улицам города и до точки назначения совсем немного времени.

— Ладно, так и быть, — смеется Платон.

— Я просто хочу тебя растормишить, малышка. Ты какая-то зажатая.

— Смени тему, — предлагает Вера.

— О чем ты хочешь поговорить? Учти, когда ты выглядишь так, как сейчас, я не о чем кроме, секса, думать не могу, — как ни в чем не бывало, говорит Пахомов, а Вера испытывает два желания: влепить ему пощечину, чтобы замолчал, и взять его чертов член в рот, чтобы тоже замолчал.

Господи, во что она вляпалась? Что с ней не так? Почему она за сутки превратилась в последнюю нимфоманку!

***

Платон выходит из машины первым, придерживает дверь и подает руку Вере.

Здесь не угадать, она либо протянет ему свою ладонь, либо вздернет хорошенький носик и гордо откажется от помощи.

Оба возможных варианта подходят. Как поступит Вера, кажется, даже она сама не скажет наверняка.

Пахомов смотрит на девчонку. Невооруженным взглядом видны припухшие губки и немного шальные глаза. Да-а-а, вот так выглядит его малышка после секса! С огромным удовольствием он бы впихнул ее обратно в машину и все повторил сначала.

Должно быть, что-то хорошее он сделал в прошлой жизни.