И с каждым разом все сильнее убеждалась: не суждено ее мечте исполнится. Да, у нее тоже есть мечта. Ее собственная. Мечта о том, чтобы Филипп обратил на нее внимание. Не пожалел, как бедную сиротку, а именно заметил.

И вот, кажется, ее мечта сбылась. Немного не так, как хотелось. Но сбылась, пусть и ненадолго. Всего на несколько часов.

Девушка знает, что с рассветными лучами ее сказка растает. Так и случилось. Филипп больше не шепчет ей на ухо, какая она красивая. Не шепчет заветное «Моя девочка… моя». А ведь он даже имени ее не произносил. Не исключено, что на месте Маши он представлял кого-то другого. Другую девушку из своего круга, какую-нибудь принцессу, дочку богатого отца, а не … Машу.

Наверное, хорошо, что он мало что помнит из их ночи. Да, пусть так и остается.

Маша дает себе еще немного времени. Отсчитывает секунды, на протяжении которых нежится в крепких мужских руках. Чувствует, как эти секунду безвозвратно утекают от нее. Их не вернуть. А после — остается лишь горечь потери.

— Ма-а-аш! — слышит девушка тихий шепот на ухо.

Мурашки бегут от каждого горячего выдоха. И хочется продлить этот момент.

— Прости, я не должен был… — продолжает Филипп.

— Если ты скажешь, что сожалеешь, я тебя ударю! — звенящим от слез голосом обрывает Маша тихий шепот. И сама удивляется собственной храбрости.

— Нет, не жалею, — после небольшой паузы произносит парень, а потом бьет наповал:— Только ты теперь должна понимать, что мы вместе.

— Это не к чему, — качает головой Маша, — не обязательно. У нас просто случилось то, что случилось. Ты не обязан… И вообще…

— Я кое-что вспомнил, Машенька, — не позволяет договорить, а руками стискивает ее еще сильнее, прижимает к себе, и вновь шепчет на ухо, — я говорил тебе, что ты моя. А ты соглашалась. Все, Маша. Выбора у тебя нет.

Маше приходится зажмурить глаза, чтобы не лились слезы. Разве бывает так? Разве существуют на свете такие парни, в которых можно влюбиться без оглядки? Разве могут исполняться самые заветные желания, если ты простая, самая обыкновенная девушка без денег, статуса, положения в обществе?

— Маша, не плачь, пожалуйста, — выдыхает Филипп и стремительно разворачивает девушку лицом к себе, — понятно, что тебе со мной не особо повезло, но не все так плохо, девочка.

— Глупости! — шмыгает носом Маша, улыбается сквозь слезы, обнимает ладошками мужское лицо с проступившей щетиной. — Ты самый лучший!

— Скажешь тоже, — немного смущенно бормочет Филипп.

— Я никогда не вру! — возмущается девушка и добавляет: — Самый-самый!

***

Филипп никак не может стереть с лица идиотскую улыбку. До особняка родителей еще около сорока минут. Маша спит, укрывшись его пиджаком и подтянув ноги к груди.