Поджатые пальчики на ногах с розовым лаком, растрепанные длинные волосы…

– Что-то не так? – поинтересовалась она, явно почувствовав мой неподобающий взгляд. – Ты пил? – удивленно спросила она, видимо заметив бутылку, зажатую в моей руке.

– Пил, – зачем-то проговорил я, продолжая буравить ее взглядом.

– А… Почему? То есть ты же обычно не пьешь, – неловко начала она. – Что-то случилось?

– Случилось, – алкоголь развязал мне язык. – Диляра сегодня родила. Представляешь? А говорила, что выходит замуж, чтобы отомстить…

Я нес полную чушь, показывая свою слабость.

– Что? – больше инстинктивно, чем заинтересованно спросила Ксюша.

Глаза, как всегда, заволокло злостью при упоминании моей бывшей невесты. Не будь я пьян, это бы меня остановило, но у пьяного меня были собственные переживания, чтобы замечать чужие эмоции и чувства.

– Это мог бы быть наш ребенок, если бы этот чертов Алихан не явился на нашу помолвку и не решил, что может просто так взять и увести мою невесту…

– Осман, пошли спать? – не давая мне договорить, предложила Ксюша. – Идем уложим тебя в кровать.

Убрав пирожное обратно в холодильник, она почистила липкие от крема руки и попыталась сдвинуть меня с места, взяв под локоть.

– Я не хочу спать! – возразил я, глядя вниз на ее макушку, еле достающую мне до груди.

Такая маленькая, прям как фарфоровая куколка.

– А чего хочешь? – задирая ко мне свою симпатичную мордашку, спросила она.

Поцеловать тебя.

Моргнув, я мотнул головой, не понимая, откуда в ней берутся такие дикие мысли. Ради бога, это же Ксюша!

– Иди спать! – резче, чем следовало, сказал я, отшатываясь от нее.

Дьявол в меня, что ли, вселился?!

Вздрогнув, она отступила от меня, и спустя минуту я уже слышал звуки ее удаляющихся шагов.

Я же продолжил пить, теперь уже виня себя за неподобающие взгляд и мысли. Это же надо былододуматься – посмотреть так на Ксюшу?!

И это я, всегда презиравший и считавший извращенцами тех, кто женится на молоденьких девочках! Ксюша же всегда была для меня ребенком и должна была оставаться таковой.

– Как это уволили?! – растерянно спросила я, следующим днем придя на работу.

– Ксюш, я тут ни при чем, честное слово! Поступил приказ сверху, ну что я мог поделать? – оправдывался Павел. – Не знаю, кому и чем ты насолила, но я должен тебя рассчитать.

– О-о-о… Уж я-то знаю! – прошипела я сквозь зубы.