— Разминаем в салатнице крутые яички вместе со шпротами, вот так, — Снежана напевала и мяла вилкой яйца с рыбой, — можно взять и лосося, если что, чуть солим, а потом… перемешиваем с майонезом, очень тщательно, чтобы была однородная и очень нееежная масса…

Саня следил за ее пухлыми холеными руками, и светлячки в его черной дыре устраивали немыслимые оргии.

— А потом наносим эту вкуснятину на белый хлеееб, вот так… — Снежана ловко орудовала ножиком, намазывая яичную смесь на ломтики батона, — ииии — ам! — в ротик, — она поднесла бутерброд прямо к Саниному лицу.

Не жравший с утра Саня ополоумел от счастья. Остатками зубов он перемалывал не просто еду — небесную манну. Такой вкуснотищи не попадало к нему в рот с момента рождения. Саня мычал и стонал, прикрыв глаза и сжав руки в кулачки. Снежана откупорила бутылку «Хеннесси» и налила коньяка в одноразовый стакан.

— Конечно, бокалов у нас тут нет, но за здоровье можно выпить из чего угодно, правда? — прошептала она. — Я за рулем, для ребят у меня шампанское, а вам — коньячок, согласны?

Саня утвердительно замотал головой, глаза подернулись влагой.

— Тяжело, наверное, работать с молодежью? — участливо спросила Снежана.

— Оооо-чень тяжело, — выдохнул он, опрокинув коньяк, — звери, а не люди! Сожрать с потрохами готовы!

— Как я вас понимаю, — красавица приблизила к нему две невозможно сладких безешины в косточках атласного бюстье. — Вы — патриарх, мэтр телевидения, столько всего видели, стояли у истоков! А всякие ссыкухи и ссыкуны вам указывают!

— Вот, золотые слова! — захмелевший Саня дал волю чувствам. — Я давно не встречал таких женщин, как вы: пахнете вкусно, готовите потрясающе, не орете…

Снежана погладила его мягкой рукой по заскорузлой ладони.

— А знаете, я застал еще те времена, когда свет под героя выставляли по шесть часов! — Саня выкатил грудь.

— Да что вы! — округлила глаза Снежана.

— Дыыааа! Рисующий, заполняющий, контровой, моделирующий, фоновый! Акценты там всякие — на брошь, на картину сзади, все как режиссер задумал. А сейчас — тяп-ляп, и готово! Хренак тебе в морду лампу — от носа тень на пол-лица, лоб блестит, очки бликуют, фон вообще провальный. Разве это свет? Позорище!

— Вы правы, нет души, нет искусства! И ваш труд совсем обесценили! — возмутилась Снежана.

— Не то слово! Они мне тут говорят — отдай нам приборы, а сам пройдись туда-сюда по комнате, полтергейста сыграешь, у тебя типаж подходящий, — Саня завелся не на шутку. — Полтергейста, представляете??? Ну, я послал всех нах.

— О чем же они сюжет снимают? — поинтересовалась красавица.

— Да хрен их знает, о сносе старых домов вроде. Привидение им понадобилось, барабашка!

— Зря вы так, — пропела Снежана.