То, чего я хотела добиться, девушкам удалось. На меня смотрела красивая юная аристократка, облаченная в воздушное платье, нежного розово-голубого цвета, с прозрачными рукавами-фонариками, завышенной талией, почти под грудью, мягким корсажем со скромным декольте. И в мягких, бархатных туфельках. Густые платиновые волосы уложили короной и закрепили драгоценной диадемой. Ожерелье и браслеты с голубыми сапфирами как нельзя лучше дополнили мой образ, продуманный с двумя целями.

Первая: продемонстрировать окружающим невинную девушку-ромашку. Такую сложно заподозрить в попытке убийства и соучастии в смертельном заговоре против собственного отца.

Вторая: скорее излишне авантюрная шалость и провокация. Я просто не смогла удержать свой характер в узде и позволила проявиться нутру прежней Шапокляк. Ввиду предстоящих событий мое настоятельное пожелание уложить волосы короной и нацепить еще и диадему непрозрачно намекнет на готовность занять трон.

Бросив довольный взгляд в зеркало на прекрасную девушку, достойную короны, я решительно покинула свои покои. Правда, вся моя решимость тут же улетучилась, стоило увидеть в коридоре пятерых мужчин.

Трое сурового вида телохранителей в черных мундирах и глазом не повели – следили за обстановкой. Их я не опасалась, знала, что подобные «приближенные к телу» под клятвами верности на крови служат. Поэтому княгине с княжной пришлось лично покушаться на князя и Хорна, марать кровью свои руки и рисковать жизнями. Однако, несмотря на дополнительно усиленную охрану жилого крыла повелителя Солката, так что мышь не проскочит, подкупить мою старшую горничную заговорщики чем-то смогли. И это пугало.

А вот встретив напряженные взгляды князя и его первого советника и по совместительству главного безопасника, вернее тайного стража княжества Солкат, я замерла в ожидании. Быстро осмотрев меня, оба уловили мой посыл с помощью прически, а именно – слишком характерного головного убора. Князь не сразу позволил мне выпрямиться, укоризненно качал головой, тренируя выдержку моих коленей в глубоком реверансе. Пришлось заискивающе улыбнуться. Не знаю, моя ли улыбка, или понимание, что «корона» – действительно неплохая провокация заговорщиков, сыграли. В конце концов, князь кивнул и предложил мне локоть в качестве поддержки. Я, стараясь незаметно, с облегчением выдохнула.

Только моими недавними сомнениями воспользовался Себ Хорн, вкрадчиво спросив:

– Эрэта, как вам спалось этой ночью?

Раз меня не наказали за инициативность, решила и далее не прятать свой характер. Чтобы можно было говорить тихо, заодно попытаться удивить и слегка досадить Хорну, взяла и его под локоть.