Давайте сменим тему: на самом деле я хотела попросить… В приюте меня не научили разбираться в настоящей стоимости вещей. Не поможете мне выбрать из украшений что-то не слишком дорогое, но не совсем никчемное? Что-то, что можно обратить в деньги, которых хватит на первое время?

– Конечно, я помогу, пойдем, – проворковала Люция.

Подхватила меня за плечо, заставляя подняться с кресла, и выволокла из комнаты.

– Что ты несешь? – зашипела она. – Что творишь? Если понимаешь, что, женившись на сироте-бесприданнице, Ксандер тебя облагодетельствовал, зачем позоришь себя и его?

Облагодетельствовал, значит… Может, и правда облагодетельствовал. Едва ли тут занимаются социальной адаптацией детдомовцев: выросла, выставили из приюта, и дальше барахтайся как знаешь. Наверное, потому Алисия и согласилась стать женой человека, который ее явно пугал, ничем другим те обмороки, хоть и притворные, я объяснить не могла. В самом деле, какая разница: что в приюте защитить некому, что после выпуска, что замужем, но замужем хоть не надо думать, как выжить, – муж прокормит. А что он пугает до полусмерти – так на панели хуже, тут хоть одному продаваться.

– Ты понимаешь, что, сбежав, дала пищу для сплетен о вас обоих? Да, Ксандер придумал отговорку, но кто в нее поверил? У меня в доме лежит уже полдюжины визитных карточек – и все эти дамы жаждут услышать подробности!

– Ну так поделитесь ими! – не удержалась я.

– Я понимаю, что значит репутация в свете, и ради твоей бедной матери постараюсь спасти твою. А ты – просто неблагодарная девчонка!

Может, и так, я-то о благодеянии не просила. Но если с Алисией все, в принципе, понятно, то зачем этот брак нужен был Ксандеру? Или в самом деле, как я решила вчера, грехи замаливает?

– Или, думаешь, я позволю Айгору связаться с тобой? – не унималась Люция.

Впрочем, не все ли равно, почему Ксандер решил жениться на Алисии? Какие бы у мужа мотивы ни были, я не могу повлиять ни на них, ни на его поведение. А потому нужно думать о том, что делать мне. Для начала – успокоить соседку. В своем мире я хотела бы оставаться с Игорем друзьями, но его угораздило влюбиться. В этом Айгор был мне не нужен, как, впрочем, и любой другой мужчина. Я отогнала воспоминание о поцелуе. Никто не нужен, я сказала!

– Тетя Люция, я замечаю внимание Айгора, и оно меня пугает. Даже если бы я не была замужем, я все равно оставалась бы неподходящей парой для него. Это я прекрасно понимаю, но все, что в моих силах, – не поощрять его. Вы же сами женщина и понимаете, что если мужчине что-то втемяшилось в голову…

– Ну так вернись к мужу! И у Айгора не будет соблазна!

Наврать, что ли, будто муж меня выставил? Нет, каков бы он ни был, возводить на человека напраслину не стоит.