Впоследствии Тутылёв уже не нуждался в объяснении мотивации, так как учувствовал и контролировал большинство акций против «своих».

После отъезда «Кондрата» позвонил Андрей и сообщил название отеля, попросив последить за его постояльцами, при попытке уточнить личность, ответил: «Ты сам увидишь». Выходов в здании было два, пришлось светиться в фойе, упиваясь кофе. Их было двое: Андрей «Курганский» и Александр Черкасов — соучредитель «Арлекино» на Таганке, единственный из его владельцев, на которого странным образом до того времени не было совершено покушения. Двое из его партнёров к тому времени были уже убиты. Правда, сам он через несколько лет чудом остался цел после расстрела Маратом Полянским его Land Cruisera, стоящего в пробке в 2000 году. Получив пулю в голову, он остался жив, но потерял охранника.

Настроение наблюдаемых выдавало их бесшабашность и весёлость предполагаемого мероприятия, на которое они уходили. Других задач я не получил. Проконтролировав их выход и посадку в такси, последовать за ними не успел, но узнал номера проживания и фамилию, под которой Колигов прибыл и зарегистрировался, — тоже дорогого стоит! И был таков. Ещё пару дней я делал то же самое, но безрезультатно, и прекратил.

Приехал Пылёв по каким-то своим делам, но мы встретились, отобедав и приятно поболтав, впрочем, зацепив и дела. Далее он поспешил на встречу с Таранцевым, а я, через пару дней, в Москву.

Следующая поездка, в конце 1996 года, зимой, в Рим, продлилась достаточно долго, около трёх недель, и не только могла, но и должна была увенчаться необходимым результатом, если бы не… По приезду, через 4–5 дней я встретился с «Осиным» человеком, который передал несколько приблизительных адресов предположительного появления нужного человека. До этого я протопал пять из семи холмов — столпов Великого Рима, посетил Колизей, открытый для посещений, несколько музеев, пинакотеку в Ватикане, в самом Риме — галерею Боргеса, поразился громадности размеров собора Св. Петра, который исследовал вдоль и поперёк, забравшись под самый купол, подивился планировке замка Святого Ангела — крепости, гробницы и даже когда-то тюрьмы. В этой столице античность не только сохранилась, но и ещё, казалось, дышала, несмотря на всю свою полуразрушенность, подтверждая звание «вечного города»."

"К сожалению, успел я немного, хотя с утра до вечера сбивал свои змеиные «казаки» по булыжникам древних мостовых, передвигаясь только пешком, вышагивая по 15–20 километров в день. Усталости не замечал, лишь насыщение своей любознательности, а вечер приносил другие наслаждения — за чашечками сваренного по своим рецептам горячего пахучего кофе, с порциями непохожих друг на друга «чизкейков» и «термису».