Жду, прислонившись к стене. Я была уверена, что они уехали. Просто бросили меня, получив всё. Или не получив нужного, такой вариант тоже был. А они… Всё время стояли в коридоре, не желая беспокоить.

– У нас минут десять, пока терпение Давида не лопнуло, - Алан усмехается, говорит намеренно громко. А после захлопывает дверь, притягивая меня к себе. – Привет, Анна.

– Привет.

Глупо, но ничего другого не могу сказать. Смотрю украдкой на мужчину, пытаюсь выцепить хоть какие-то изменения. Никакого презрения на лице или недовольства.

Алан медленно наклоняется, выпуская из рук постельное белье.

Опускает ладони на мою талию, трется щетиной о шею. А после медленно меня целует, невесомо.

И я теряюсь, хоть это уже происходило десятки раз. Тело к телу, крепкий захват. И поцелуй, от которого всё переворачивается внутри. Но в этот раз… Я совсем не ожидала.

Почему-то мне казалось, что он не станет целовать. Не после того, как моих губ казался член другого мужчины. Я сама пала на дно порока, сделала это шаг, раскинув руки.

И совсем не ожидала, что кто-то меня там подхватит.

– Ты ушел, - выдыхаю, когда Алан отстраняется.

Обхватываю его руками за шею, бурчу, не поднимая взгляда. Прижимаюсь ближе, получаю тепло. Решаюсь на то, что было страшно делать с Давидом. – Я думала…

– Плохо думала, Анна.

– Почему? Почему ты всё время зовешь полным именем? Мне всегда было интересно, но…

– Потому что я не сокращаю чужие имена. Привычка.

– Но «Анютой» зовешь. Когда… - смущаюсь, почему-то сложно произнести слово «секс». – Ты понял.

– Там контроль трещит. Если ты хочешь, могу сокращать. Я не делаю это просто так, милая. Только после разрешения.

– Аня меня устраивает.

И Анюта тоже.

Произношу тихо, когда мужчина отстраняется. Судя по смешку, Алан меня прекрасно услышал. Он поднимает с пола простыни и направляется к кровати.

Не понимаю до конца, что происходит, но спешу помочь. Захватывает каким-то волнением, от которого кружится вся комната. Это так странно и немного… По-домашнему как-то.

– Ты уходил за постельным бельем?

– Прошлое стало грязным. А ночью в отеле одни лентяи работают.

– Но… Почему просто не позвонил на ресепшен?

– Ты в номере с двумя мужчинами, Ань. Уверен, что тебя бы смутило, узнай кто об этом.

Поэтому решил сходить сам, избегая неловких моментов. Но если ты готова открыто заявить всем об этом, то…

– Не готова! Спасибо. За то, что подумал об этом, - объясняю, натягиваю простынь на свою сторону. – Ты сказал, что хочешь поговорить.

– Поехали ко мне? Нахрен Давида и произошедшее, переедешь ко мне. Без бреда про содержание и прочее. Просто будешь жить со мной."

"– А тебя не волнует, что я… Ну, Давид, ты и я…

– Трахнулась с ним и трахнулась. Я готов закрыть на это глаза, - бросает, сжимая кулаки.