– Вот уж не думала, что в этом году такое скажу, но какие чудесные настали времена! – заявила мама, блестя глазами. – Когда такое было, чтобы у нас к обеду собирались гости! Снежинка, порежь хлеб, Таточка, мой руки, садись за стол, сейчас придет очаровательный молодой человек, и я разолью суп. Сегодня по просьбе Таты у нас снова борщ, а пока, если не терпится, можно начать с селедки. Снежинка, ты представляешь, мы с Татой завернули на рынок и купили свежайшей селедки. Так вдруг захотелось, м-м-м! И да, к селедке полагается водка. Вот, я заранее в холодильник графинчик поставила.

Снежана смотрела во все глаза. Графинчик с водкой, кажется, такие называли смешным словом «лафитничек», селедка, посыпанная зеленым луком и политая ароматно пахнущим маслом, нежное розовое сало, посыпанное черным перцем, разогретые пампушки с чесноком, сметана в маленькой плошке, расстеленная под всем этим великолепием кружевная, парадная скатерть, сияющие мамины глаза и розовые щеки, почти не трясущаяся голова и ничуть не дрожащие руки, уверенно расставляющие на столе какие-то плошки и вазочки. Да, маме определенно все нравилось, и за это Снежана была благодарна и сегодняшнему дню, и Татьяне Елисеевой.

– Не потеряли вас ваши дети? – спросила она у родственницы.

Та с удивлением посмотрела на нее.

– Разумеется, нет. Как они могли меня потерять, если человечество придумало сотовую связь, интернет, What’sApp и прочие мессенджеры? Я каждый день говорю со своими детьми и внуками. Кроме того, я скинула им фотографии вашего потрясающего Софийского собора и колокольни. Это такое место! Я остановилась и почувствовала, что у меня дыхание перехватило. Ведь где-то там, неподалеку жили наши предки.

Я никогда не задумывалась, что голос крови действительно существует. Казалось, это что-то эфемерное, красивая выдумка для придания патриотичности и глубины чувствам. Но нет, сегодня я ощутила, просто физически, что он есть! Я стояла на этой старинной площади, смотрела на белоснежный собор, серебряные купола и просто ощущала себя частью этого места. Никогда и нигде мне не было так спокойно.

В глазах у гостьи стояли слезы. Мама подошла и обняла ее, прижав голову к груди, как делала с дочерью, когда та нуждалась в утешении. Снежана хотела что-то ответить, но не успела из-за раздавшегося звонка в дверь.

Пришел следователь Зимин.

– Здравствуйте, милая девушка, – сказал он, когда Снежана отперла дверь. Она почему-то стояла и молча смотрела на него, не давая войти. – Что такое? Вы передумали меня кормить? Или разговаривать?

– Меня до сих пор никто не называл «милая девушка», – ответила она и сделала шаг, пропуская его в прихожую.

Их диалог ужасно ей что-то напоминал, вот только Снежана никак на могла вспомнить, что именно.

– Я не хотел вас обидеть.