А посему – копать, копать, копать! Особенно тщательно укреплялся и маскировался тет-де-пон на левом берегу реки.

Но мы успели. Перед самым рассветом, когда покрытое тучами небо уже стало на востоке сереть, капитан Рагуленко собрал всех средних и младших командиров."

"– Итак, товарищ Суворов сказал, что каждый солдат должен знать свой маневр, – начал он, – а посему…

– Товарищ капитан, – раздался голос старшины Осадчего из моей группы, – а ведь генералиссимус Суворов нам не товарищ…

– Во-первых, товарищ старшина, – назидательно сказал капитан Рагуленко, – перебивать командиров нельзя.

А во-вторых, какие у вас претензии к Александру Васильевичу Суворову? Всю свою жизнь он честно служил России, от капрала Семеновского полка дослужился до генералиссимуса. Ел из солдатского котла. Воевал так, что одного его имени до расслабления кишечника боялись все окрестные короли и султаны. Вот послушай, старшина, что говорил Александр Васильевич: «Доброе имя есть принадлежность каждого честного человека; но я заключал доброе имя мое в славе моего Отечества, и все деяния мои клонились к его благоденствию». Хорошо сказано? А вот как он умер, так сразу у царя случилась незадача – Аустерлиц.

Но исторические экскурсы отложим на потом, – подвел итог капитан Рагуленко, – а сейчас текущая обстановка. Как вам уже известно, таких механизированных рот в составе бригады четыре. Наша с вами задача удерживать атаки противника на Симферополь вдоль линии железной дороги. Наши соседи справа, в составе двух рот, вытеснили остатки разбитых 22-й и 50-й дивизий вермахта вдоль морского побережья за линию реки Альма. Наш сосед слева, вторая рота нашего же батальона, час назад оседлала Салгирский перевал и теперь спешно укрепляется.

И самая хорошая новость – ветер начинает стихать. И пусть волна еще не позволяет работать самолетам с «Кузнецова», но с аэродрома Саки ударные вертушки в воздух уже подняты. Так что без поддержки сверху мы не останемся. Короче, товарищи, держать хвост пистолетом!

Да, а ведь до наших в Севастополе осталось километров тридцать, не более. Уже отчетливо слышен хриплый гул канонады, усилившейся перед самым рассветом. Это товарищи стараются прорваться навстречу нам.

6 января 1942 года, 06:05.

Немецкие позиции в Бельбекской долине

До рассвета осталось каких-то полчаса. Немецкому часовому хочется спать. Как только станет светло, иваны начнут свои сумасшедшие, изматывающие атаки на позиции германской армии. Но пока на той стороне все спокойно. Монотонно воет ветер, и дождь барабанит, как заведенный, по брезентовому пологу. Под ногами хлюпает жидкая грязь. За ночь резко потеплело, и теперь все вокруг раскисло. Еще немного, и начнется проклятая русская распутица.